Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Удивительное рядом...

Цель моего незамысловатого проекта - собрать воедино информацию о  родном городе, его истории, природе и людях. Собрать по принципу: удивительное рядом. Постараюсь сделать свой журнал понятным и интересным любому, кто забредёт на его страницы... В моём распоряжении просторы интернета, архивы, воспоминания старожилов и простое человеческое любопытство. Читать лучше по темам, нажимая на нижеследующие картинки, но можно и всё подряд.  Итак, поехали...


                                                                                                                            

Немного истории...







Кудряшова Елизавета Иосифовна, 25 лет:
«Тамман к нам была привезена неким Соломиным. Соломин попросил меня  дать возможность Тамман пожить у меня пару дней, заявив, что она, Тамман, его жена. Сам Соломин тут же уехал на берег за рыбой или чем-то другим, я не знаю. Тамман ждала его день, а на  другой сказала, что она не жена и что она перешла из Эстонии в Россию и не имеет документов, поэтому ждет Соломина. Когда Соломин не приехал, она была очень недовольна. Узнав от Тамман все это, я сказала, что ей нужно обратиться к властям, после чего она ушла и я её больше не видела. Соломина я знаю с прошлого времени. Он часто приезжал по озеру в нашу деревню и все его знали как хорошего певца. В нашем доме он был два раза. Первый раз заходил попросить молока, а второй раз с этой знакомой. В наших деревнях Соломина знают многие как по его пению, так и потому, что он продавал сахар. Будучи в нашем доме последний раз, он заходил с указанной Тамман и с одним неизвестным мне мужчиной».
Русаков Александр Сергеевич 1905 г.р.:
«Я родился в Стругах Красных. Еще в царское время, не помню, в каком году, семья переехала в Нарву. В 1917 году, когда наступали немцы, отец увез семью обратно в Струги, где работал лошадиным извозчиком. В конце 1918 года отец привез семью  обратно в Нарву, где мы проживали до 1921 года. В этом же году отец умер от тифа, а через неделю скончалась и моя мать Мария Карловна. После смерти родителей имущество было описано и мне заявили, что оно отойдет в казну, так как никого из наследников не оказалось, а мне было всего 16 лет. После описания нашего имущества я взял отцовскую лошадь и офицерское седло, которое было куплено у отступавших белых, и всё это продал за 2000 эстонских марок. С этими деньгами я покинул Нарву и поступил на работу по заготовке дров. Причина - желание укрыться от розыска полиции за продажу описанного имущества. Работал с артелью капитана Некрасова. Артель насчитывала 50-70 человек русских эмигрантов, в большинстве своем северо-западников, среди них значительное число офицеров и солдат белой армии. Были там также и попавшие в плен красные. Я хотел вернуться обратно в Россию, так как там моя родина. После того, как мне выдали эмигрантский паспорт, я покинул лесозаготовки и начал работать у эстонцев на хуторах. На одном хуторе я сошелся с работницей Елизаветой Тамман и вместе с ней перешел на жительство к её отцу, где провел 4 месяца, помогая по хозяйству. О своем желании уйти в Россию я рассказал Елизавете Тамман. Она находилась под судом за произведенный аборт, поэтому просила меня взять её с собой. Я согласился. Вместе мы нелегально перешли границу и приехали на поезде в Струги Красные. Билеты купили на деньги от продажи моего пиджака. По приезде в Струги я пошел к своему дяде - Бредус Ивану Карловичу, которому представил свою спутницу как жену. На другой день  явился в местную милицию, где был арестован. Через пару суток был взят Бредусами на поруки. Когда я пришел домой, то Елизаветы Тамман уже не застал. Мне сказали, что она тайно ушла с тремя неизвестными мне мужчинами. Оставила лишь письмо следующего содержания:
«Дорогой Алекс, у меня к тебе большая просьба: прости меня, что я ушла от тебя с тремя мужчинами только потому, что они обещали мне купить удостоверение личности. Я тебя прошу, не ищи меня, так как ты меня не найдешь. Когда я получу удостоверение, то сама приду к тебе. От всего сердца любящая тебя Лиза Т.»
Больше показать ничего не могу. С моих слов записано верно».
Елизавета Тамман, 1895 г.р.:
«Я родилась в 1895 году в Черновском уезде Лифляндской губернии. Моя девичья фамилия Rõõmusaare. Окончила школу в числе лучших, но учиться далее не смогла по причине отсутствия средств у отца.  В 1918 году познакомилась с работавшим в нашей деревне Мартом Денисовичем Тамман 1890 года рождения. Он лишь недавно вернулся с военной службы в царской армии. В декабре я вышла за него замуж, но он прожил со мной всего 6 дней, так как был вновь взят на службу, теперь уже в эстонскую армию. Вначале я получала от мужа много писем. Потом получила письмо от его сослуживца о том, что мой муж умер от ран в больнице города  Валка. Это случилось 19 июля 1919 года.  10 июля 1919 года у меня родился сын, которого назвали Март, но он вскоре умер. В мае 1922 года я ушла из родительского дома и поступила на службу к уездному доктору Эдуарду Кернеру  кухаркой. Потом работала у одного богатого крестьянина, где встретилась с Томберг Вольдемаром, которого знала со школьных лет. Поскольку я была без мужа, то стала встречаться с Томбергом и забеременела от него. Я не могла работать по найму и растить ребенка, поэтому на втором месяце была вынуждена сделать аборт. Деньги на операцию я получила от Томберга, точнее он сам заплатил доктору Эверсу, с которым был знаком, так как они вместе выпивали. Дня через три я заболела воспалением матки и доктор Кернер, у которого я ранее служила, заметил мою болезнь. Во время болезни я ему всё рассказала, и он заявил в полицию. Болела я 10 дней, а по выздоровлении  даже не знала, что моё дело известно полиции. Вскоре меня и доктора Эверса вызвали в полицию и обвинили в производстве аборта. У меня отобрали паспорт и передали под надзор полиции. В это время я жила у отца. На наш хутор пришел некто Русаков Александр Сергеевич, и отец взял его на работу. Русаков дезертировал из эстонской армии и жил по поддельным документам на имя своего брата Алексея. Именно Русаков и предложил мне идти в Россию. Говорил, что там у него много родни, и мы хорошо устроимся. Поскольку я не хотела садиться в тюрьму за незаконное производство  аборта, то согласилась. Родители знали о моих планах и ничего не имели против, поскольку иначе мне пришлось бы идти в тюрьму. 26 октября 1923 года я вместе с Русаковым ушла в Россию. У Русакова с собой ничего не было, я же взяла бельё и 6000 тысяч эстонских марок. Русаков был мне совсем чужой, и к тому же пьяница. Нас ничего не связывало, и жить с ним я не собиралась. Он был мне нужен только как проводник. В чайной Струг Красных я познакомилась с тремя мужчинами, которые были родом из Эстонии, но проживали в России. Я рассказала им про свою тяжелую жизнь и один из них, Марк Соломин, сказал, что в тылу скрываться опасно и посоветовал вернуться поближе к границе, где я смогу оформить документы. Соломин и Языков были родом из Красных Гор.
В деревне Низовицы мне были предложены фальшивые документы. Я согласилась и при задержании их предъявила. После чего была арестована.
Первоначально я скрыла  истинную причину перехода границы, сказав,  что меня преследуют в Эстонии за неуважение к власти. Также я неправильно назвала имя и фамилию отца: вместо Март Рымусаар  назвала его Карл Тамман. Все это я сделала потому, что боялась наказания за незаконный аборт и выдворения обратно в Эстонию. В  Эстонии, если делаешь  аборт негласно и без помощи доктора, то сажают в тюрьму. По этой же причине я сказала, что на найденном при мне фото запечатлен Вольдемар Томберг, хотя на самом деле это мой покойный муж Март Тамман.
В доме Кудряшовой, куда меня привёз Соломин,  я прожила неделю. Через Елизавету Кудряшову получила документы. Я ей рассказала, что у меня нет документов. Соломина и Языкова я больше не видела. Они ушли из дома Кудряшовой через час после того, как приехали. Когда мы шли втроем из Яма в Низовицы, то ночевали в деревне  Озера, а оттуда поехали на лодке. В Озерах у меня были взяты 2500 эстонских марок для оформления документов.  Документы сделали без моего участия. Я хотела явиться  в Сельсовет и заявить, что пришла  из Эстонии. Уже оделась и просила Елизавету мне указать, куда идти, но она сказала, что устроит документы без меня. Поскольку уже стали говорить о моем пребывании в деревне, то меня перевели в другой дом. Брат Елизаветы достал мне документы и сказал, что они на другую фамилию, но по ним можно жить. Как только я получила документы, тут же была арестована. Больше показать ничего не могу».
Председатель Низоветского Сельсовета Телевятников:
«Однажды в дом к моей родной сестре за молоком зашла неизвестная женщина  и сказала, что у неё нет документов. Я, чтобы выяснить её физиономию, по соглашению и настоянию сотрудников Погранохраны, выдал ей документы незаконного характера. Из разговора с ней я узнал, что она бежала из Эстонии с одним русским и жила с ним в Красных Стругах. Затем он был арестован, а она с каким-то товарищем прибыла в Загорье.  Лично я Соломина не знаю, но слышал, что он ранее, кажется при белых, приезжал в Низовицы к Туманову Ивану Николаевичу за товаром, которым спекулировал».

Из обвинительного заключения:


"На основании вышеизложенного  гражданка Тамман - Рымусаар Елизавета Мартовна 28 лет, эстонка, вдова, находящаяся в Эстонии под следствием за незаконный аборт, изобличается в том, что нелегально перешла границу из Эстонии в СССР, в ввиду того, что она долгое время проживала в погранполосе и имела фиктивные документы, прибегнула  для  пояснения причины своего перехода границы к ссылке на репрессии за политические деятия со стороны эстонского правительства, а также первоначально скрыла свою фамилию и отчество родителей, имела фотокарточку с надписью гражданина Тамберга, между тем как изображенное лицо называет своим мужем, дают повод к подозрению её в шпионаже в пользу Эстонии.
Соломин Марк Михайлович, 39 лет, подданный СССР, уроженец д. Красные Горы Юрьевского уезда Лифляндской губернии, женат, имеет троих детей, проживает в Ленинграде, по профессии печник, безработный, занимается спекуляцией, служил в ГПУ, уволен за преступление по должности, изобличается в том, что неоднократно ездил в погранзону и знаком с расположением таковой, а также, зная, что Тамман прибыла нелегально из Эстонии, привез таковую в целях сокрытия от ареста, причем он, как бывший сотрудник ГПУ знаком с постановлением об охране границы. Также он привозил туда разных лиц с фиктивными документами, например, Венчикова Зотика, также прибывшего нелегально из Эстонии. Кроме того, Соломин в 1921 году также нелегально прибыл из Эстонии,  бежал из таковой якобы  по политическим соображениям и втерся в органы ОГПУ. Посему все вышеизложенное также дают повод подозревать его в шпионаже».


От автора:
1. Сомневаюсь, что Марк Соломин сам «слил» Елизавету Тамман пограничникам, как он озвучил на допросе. Думаю, этой нехитрой уловкой он надеялся, хотя бы частично, отвести от себя беду.  Помочь же несчастной беглянке из привокзального буфета решил из моральных (женщина все таки!) и материальных соображений. За очередного платежеспособного покупателя поддельных документов ему, наверняка, полагался процент. Не случайно он отобрал деньги у Тамман и лично передал их своей знакомой Кудряшовой, которая обещала через брата - председателя Низовецкого Сельсовета, выправить перебежчице вид на жительство. Это был, судя по всему, хорошо отлаженный бизнес. В письме, оставленном на имя Русакова перед уходом из дома Бредус, молодая вдова не скрывает, что новые попутчики взялись помочь ей с покупкой удостоверения личности. Но что-то пошло не так. В итоге Елизавету Тамман и её благодетеля арестовали. Возможно, чекисты взяли главу Исполкома Теревятникова «за жабры» и он, чтобы спасти свою шкуру, согласился сотрудничать с органами. Сомневаюсь, что Марк Михайлович был настолько беспринципен, что, получив деньги, тут же передал  бедную женщину в руки ОГПУ. Тем более, что «рыльце» нашего героя также было «в пушку» и светиться в погранзоне без особых на то причин ему было не резон. Главное в таком щекотливом и рискованном бизнесе - "срубить" деньжат и по быстрому унести ноги.
2. В деле вскользь  упоминается любопытный факт: российские рыбаки соглашались продавать свой улов спекулянтам лишь за эстонские марки. По всей видимости, они имели возможность отоварить  банкноты сопредельного государства в каких-то специализированных валютных магазинах, где ассортимент был несоизмерим с советскими торговыми точками. Нельзя забывать, что на дворе была эпоха  НЭПа и в экономике СССР присутствовали какие-никакие элементы рыночной отношений.
3. Следователи в протоколах допросов то и дело путают Петроград с Ленинградом, а Коммисаровскую улицу с Гороховой. Оно и не мудрено: прежние названия настолько  крепко засели в памяти обывателей, что даже представители власти с трудом привыкали к новым, революционным, вывескам. А город на Неве вообще переименовали лишь в 1924 году, аккурат, когда разворачивалась вышеописанная история.
4. Советским спецслужбам  везде мерещились шпионы. Банальные версии человеческих поступков их никак не устраивали. Желание несчастных арестантов подзаработать или обрести новую родину в восприятии чекистов почти неизбежно приобретали конспирологический оттенок. От допроса к допросу мелкие спекулянты и нарушители границы превращались в лазутчиков, шпионов и диверсантов, а в каждом прибывшем "из-за бугра" виделся «засланный казачок». К счастью, в 1920-е годы порядки в СССР были еще относительно "травоядны" и герои этой истории отделались «всего то» двухлетней ссылкой на Урал.

"Краткое заключение о поведении в ссылке Таман Елизаветы Мартовны, проживающей в городе Чердынь Уральской области.
Таман, проживая по месту административной ссылки, некоторое время находилась в тяжелом материальном положении, но теперь проживает с некоей учительницей Засуловой, помогая ей в хозяйстве и работая по своей специальности портнихой, находится в несколько лучших условиях. Связей Таман ни с кем не имеет, за исключением одного гражданина из города Соликамска, которого считает своим женихом и после окончания срока имеет намерение уехать к нему. Родители, по её словам, находятся за границей, но переписки с ними она не ведет и никакой помощи от них не получает. В общественных местах Таман не появляется и судить о её политических взглядах не приходится, но можно безошибочно отнести её к политически безграмотным лицам, совершенно не касающимся политики и избегающих её. Поведение Таман в ссылке было в целом удовлетворительное"
.



Судя по всему, в родную Эстонию Елизавета Мартовна уже никогда не вернулась. Формально она могла это сделать лишь после 1945 года, но думаю такому шагу помешало, как минимум, два обстоятельства: почтенный возраст и новая семья.

Что касается Марка Соломина, то здесь информации поболее.


Последним документом, подшитым к "досье" моего односельчанина, значится нижеследующая справка, датированная началом лета 1941 года.
"В город Тюмень от начальника 2-го Отдела УНКВД по Нижнеамурской области Приморского края.
Нами разрабатывается Соломин Марк Михайлович 1885 года рождения, уроженец д. Красные Горы Юрьевского уезда Эстонской ССР. По имеющимся у нас данным, Соломин до 1918 года проживал на родине. В 1918 - 1919 годах работал на Путиловском заводе в Ленинграде, в 1919 году участвовал в боях против Юденича и под г. Кингисеппом был ранен и находился на излечении в медизоляторе в Ленинграде. В 1920-м году уехал в Эстонию  в город Юрьев, откуда в том же году,  ввиду преследования со стороны эстонского правительства, нелегально перешел госграницу с СССР и после непродолжительного заключения в городе Гдов, был принят на работу сотрудником Особого отдела ЧК во Гдове, а затем был командирован в Ленинград, где состоял в органах ЧК до конца 1921 года. В 1921 году за укрывательство нелегально перешедшего из Эстонии в Ленинград своего знакомого  по фамилии Венчиков, был из органов уволен и на два года сослан на Урал в город Тюмень, где находился под наблюдением ЧК до 1928 года. С 1928 по 1930 год работал печником в Свердловске при Доме советов, Коммунистическом университете, Художественном техникуме и на индивидуальных работах по строительству.
С 1930 по 1931 год работал при Управлении связи города Николаевска- на-Амуре. Проживал при столовой этого управления, совмещая основную работу с должностью сторожа. С 1931 года по настоящее время работает в городе Улан-Удэ Бурят - Монгольской АССР. В 1941 году Соломин пытался выехать в Эстонию, но в пропуске ему было отказано. В Эстонии Соломин имеет родственников: брат Соломин Феоктист Михайлович, сестры: Кузнецова Евдокия Михайловна, Фукс Ефросинья Михайловна и Елинкина Матрена Михайловна. В городе Ленинграде проживали дети  Соломина: Соломин Федот Маркович и Соломина Лидия Марковна. Просим проверить и сообщить о наличии компрометирующих материалов на Соломина и его родственников, одновременно  проверьте по архивам и подтвердите соответствующими справками действительность работы и проживания Соломина в указанных в запросе местах".
Бог ты мой! Даже перемещённого в дальневосточную "тьмутаракань" и проживающего "при столовой" несчастного ссыльнопоселенца органы никак не могли оставить в покое. Всё проверяли и проверяли "на наличие компрометирующих материалов". Я не знаю, почему Соломин после отбытия срока не переехал к семье в Ленинград. Может, не захотел, может не пустили. В 1941-м, когда Эстония стала советской, попробовал вернуться на историческую родину, но не тут то было. Думаю, где то там, на бескрайних российских просторах, герой этой истории и завершил свой земной путь...

Интересно, что на допросах в 1924 году Марк Михайлович ни словом не обмолвился ни про "участие в боях против Юденича", ни про "ранение под Кингисеппом", ни про "излечение в Ленинградском медизоляторе", ни про "работу на Путиловском заводе". Оно и понятно. А вдруг проверят и выяснится, что, в действительности, ничего этого не было и с июня 1919 по май 1921 он "подвергался преследованию со стороны эстонского правительства" путем тюремного заключения за распространение фальшивых денег. А в 1941-м из дальневосточного "далёка" уже можно было слегка приукрасить свою многострадальную биографию. Поди теперь, проверь...
То, что Соломин был не из робкого десятка и за словом в карман не лез хорошо видно из нижеприведенных фрагментов.


Имея на руках официальное постановление Коллегии ОГПУ о причинах высылки вглубь СССР, он, в очередной анкете на вопрос "За что?", с какой то лукавой обреченностью отвечает: "Не знаю за что".
Это как так не знаешь?!




















































После прочтения вышеизложенной характеристики становится понятным, почему судьба раз за разом забрасывала красногорского печника и торговца всё дальше и дальше на восток...
Судите сами: побег из-под стражи, проживание под другой фамилией, обвинение тюремных охранников в том, что последние "ночью выпускают арестованных женщин, а сами посещают женскую камеру не по служебным делам, а с целью личной заинтересованности". За такие проделки никакая власть по головке не погладит. Жизнь научила Марка Соломина выкручиваться из самых сложных ситуаций, но против государственной машины страны победившего социализма наш герой оказался бессилен...

Такая вот история...


На главную                                Немного истории (продолжение)

Немного истории...





Был бы человек, а статья найдётся...

В начале 1920-х годов  в Калласте по улице Тарту 81б  проживал обладатель нансеновского паспорта,  некто  Антонов Иван Антонович . По всей видимости,  военным беженцам  на первых порах запрещали селиться в больших городах, поэтому они выбирали причудские  деревни, где преобладало русскоязычное население.
Маленький человек попал в водоворот  большой политики и сделал свой выбор. По мнению мстительной власти, он оказался неверным. Эта история поразила меня тем, насколько безжалостным и циничным было государство "рабочих и крестьян". С каким презрением оно относилось к человеческой жизни, забирая её у несчастных подданных одним росчерком пера...



Скорее всего, в списках жителей Калласте год рождения Антонова И.А.указан неверно. Это вполне возможно, поскольку он прожил здесь всего два года. Отсутствие числа и месяца - лишнее тому подтверждение. Даже фамилию секретарь поселковой управу первоначально указал другую, но позже исправил. Из дополнительных источников удалось выяснить, что это тот самый Антонов, о котором пойдёт речь ниже... 

Антонов Иван Антонович 1890 г.р., уроженец Псковской губернии,  деревня Телегино, русский, эстонский подданный, работал до ареста чернорабочим на  фабрике «Универал», образование низшее, женат, имеет  одного  ребёнка, ранее не судим, проживает в Тарту по улице Паю дом 6 квартира 7. Арестован 19 августа 1940 года.

Обратите внимание на два обстоятельства:
1. Санкция на арест выдана не местными, а ленинградскими чекистами. Опергруппа из города на Неве  прибыла в Эстонию и произвела арест подозреваемого. Прошла лишь пара недель  после присоединения Эстонии к СССР, а вездесущий НКВД уже вовсю орудовал на новой подведомственной территории.
2. Местом проживания Антонова указан город Нарва, который затем исправлен на старорежимный Юрьев. Это не случайно. Позже читатель поймёт, почему.
Из протоколов допроса:
Вопрос: Вы давно прибыли сюда из России?
Ответ: В 1919 году, как белогвардеец.
Вопрос: В какой армии служили?
Ответ: С 1915 по 1917 год я служил в царской армии рядовым. В октябре 1917 году наш полк перешёл на сторону революции и я служил в новой армии до февраля 1918 года. В этом месяце вышел приказ о демобилизации, но вскоре его отменили, так как началось наступление немцев.
Вопрос: Вы ушли домой самовольно или был второй приказ о демобилизации?
Ответ:  Про второй приказ мне неизвестно, я его не дождался. Немецкая армия наступала и весь наш штаб был взят в плен, после чего все солдаты разошлись по домам и я в том  числе. На руках у меня были документы о первичной демобилизации. Затем, с  6 августа 1919 года до октября того же года, я служил в армии Юденича.
Вопрос: То есть, с 6 августа 1919 года Вы перешли на сторону Юденича? Расскажите об этом подробнее.
Ответ:  Я приехал к себе на родину в д. Телегино Островского района Псковской губернии. В июле 1919 года в нашу деревню вступили белогвардейские войска Юденича вместе с эстонской армией. Я был мобилизован в августе месяце, во время наступления Юденича на Петроград,  и пошёл с  его войсками на Россию. В октябре 1919 года я заболел и был направлен в военный госпиталь в город Тарту, где пролежал до 25 мая 1920 года. К этому времени Белая армия была уже разгромлена и ликвидирована, поэтому по выходе из госпиталя я был сразу же демобилизован и направлен вместе с другими солдатами Белой армии на лесозаготовки. Таким образом, я остался в Эстонии и проживал вначале в деревне Красные Горы Тартуского уезда, а затем в городе Тарту.
Вопрос: В боях против Красной армии Вы участвовали?
Ответ: Вместе с  частью я участвовал в наступлении на город Ямбург, но непосредственного участия в боях не принимал, так как отвечал за подвоз боеприпасов.
Вопрос: Была ли у Вас возможность не идти с войсками Юденича на Петроград?
Ответ: Конечно, была возможность бежать и быть на стороне красных.
Вопрос: И почему Вы не ушли?
Ответ: В этом заключается моё  преступление. Я не могу это объяснить.
Вопрос: При отступлении разбитых белых войск Юденича у Вас была возможность остаться в России?
Ответ: Возможность была.
Вопрос: И почему Вы не остались?
Ответ: В 1919 году не захотел оставаться в России. Теперь жалею, что лишился семьи и не сделал для себя лучше.
Вопрос: В качестве кого Вы служили у Юденича?
Ответ: Служил рядовым в 3-ем в артиллерийском  полку  на товарном вагоне по подвозу боеприпасов.
Вопрос: У Вас осталась семья в России?
Ответ: В деревне Телегино остались мои дети: сын Петр 1910 года рождения  и дочь Александра  1915 года рождения. Кроме детей осталась мать - Прасковья Петровна Антонова.
Вопрос: Кто ещё из Ваших родственников проживает в России?
Ответ: Есть братья - Василий и Гавриил, а также сестра - Макарова  Матрена. Я о них ничего не знаю. Отец  умер, мать, не знаю, жива или нет. Братья вместе со мной были мобилизованы в армию Юденича, но в какой части служили - не знаю. Они вместе с белыми также отступили в Эстонию, но потом ушли в Советский Союз.
Вопрос: Когда и как Ваши братья ушли в СССР?
Ответ: Василий был ранен и девять  месяцев находился на излечении в Тарту. Здесь я с ним встречался. Гавриил после демобилизации из Белой армии также остался в Эстонии. Братья некоторое время работали по найму у одного эстонца, но в  1921 году Гавриил нелегально ушёл  в  СССР. Годом позже  ушёл и Василий. Тогда граница ещё плохо охранялась. Помню, что в 1921 году в Эстонию тайно приходила  наша мать. Вместе с ней  Гавриил и ушёл в Россию.
Вопрос: Вы с матерью встречались в Эстонии?
Ответ: Нет, я её не видел. В  Тарту она не приезжала, а остановилась у знакомых, в какой- то деревне возле Изборска. О своём посещении  Эстонии мать мне писала и просила меня возвращаться домой.
Вопрос: Почему же Вы не пошли с матерью домой?
Ответ: Я опасался возможных репрессий со стороны Советской власти за службу в Белой армии. Других причин не было.
Вопрос: Вы здесь, в Эстонии,  имеете семью?
Ответ: Да, я женат на Фекле  Михайловне Апалевой. Имею ребёнка - мальчик Серёжа 13 лет.
Вопрос: Как Ваша жена попала в Тарту?
Ответ: В 1918 году, после оккупации немцами Пскова, она бежала в Эстонию на барже со своим отцом. Они проживали на острове Залит. Отец  владел небольшой баржей. Когда немцы отступали, кто -то загрузил судно посудой и другими вещами и попросил отца перевести всё это в Эстонию. Отец согласился и заодно перевёз в Эстонию всю семью.
Вопрос: Кому Вы писали письма в Россию?
Ответ: До 1930 года писал только матери. Спрашивал о здоровье и жизни. Она рассказывала про родственников. После 1930 года письма больше не доходили. 
Вопрос: В каких партиях и организациях состояли?
Ответ: Ни в каких не состоял.
Вопрос: Нелегально переходили границу СССР? Кого знаете из тех, кто переходил? В других странах бывали?
Ответ: Не переходил, не бывал.  Я знаю, что в СССР нелегально ходил в 1934 году Семенов Яков, который  проживает в Тарту. Он рассказывал, что, перейдя границу, был арестован и содержался под стражей во Пскове. После окончания следствия его выдворили  обратно в Эстонию. Кроме того, в 1939 году, после того, как Красная армия пришла в Эстонию, в СССР нелегально ушёл Колбасов Александр - матрос, а с ним ещё несколько человек. Я с ними лично не знаком, но они проживали в Тарту недалеко от меня. В Эстонию никто из них не вернулся.
Вопрос: Назовите имена известных Вам белогвардейцев, проживающих в Эстонии.
Ответ: Мне известен как белогвардеец  Маланенков  Иван. Проживает в Юрьеве на Дровяной улице, имеет свой дом и нигде не работает. Жена говорила мне, что Малоненков служил у Юденича. Ещё в Юрьеве проживает некий Никитин, в прошлом офицер Белой армии, занимается продажей копчёной рыбы на рынке, имени не знаю. Малышев Михаил, уроженец Псковской губернии, служил у белых, но в качестве кого - не знаю. Работает плотником по ремонту барж. Зайцев Сидор - уроженец Ленинградской области, служил ли он у белых - не знаю. Сам он говорил, что служил в Эстонской армии, в артиллерии. Другие, кого я знал, арестованы перед моим арестом:  два брата Сиротины - бывшие офицеры, Потапов - бывший офицер и ещё один полковник, фамилию не знаю.
Вопрос: Что Вам известно о бывших белогвардейцах Перетряхине  Семёне и Фадееве Алексее? Принадлежали ли они к эстонской разведке?
Ответ: Перетряхин  был хорошо знаком с  Фадеевым, но что их связывало, я не знаю. Фадеев владел игрушечной мастерской и был состоятельным человеком. Он несколько раз ездил за границу - в Финляндию. Имели ли они отношение к эстонской разведке, я не знаю.
Вопрос: Кто вместе с Вами был мобилизован в Белую армию?
Ответ: Из деревни Телегино вместе со мной был мобилизован Степанов Василий. В какой части он служил, я не знаю, но мать писала, что после службы у белых он приехал к себе домой в деревню Телегино.
Вопрос: Какое у Вас было хозяйство в 1919 году?
Ответ: 29 десятин земли, 2 лошади, 5 коров, 4 овцы, дом и конная льняная машина.
Вопрос: То есть до октябрьской революции ваше хозяйство было кулацким?
Ответ: Я не признаю  своё хозяйство кулацким.
Вопрос: Какую антисоветскую работу Вы проводили, будучи в Эстонии?
Ответ: Никакой не проводил.
Итак, 30 августа 1940 года, то есть через 10 дней после ареста, следствие завершилось. Что с того, что не был допрошен ни один свидетель. Магическая фраза -"материалами дела достаточно изобличается"- не сулила несчастному Ивану Антоновичу ничего хорошего. Однако, обратите внимание на любопытный факт: из постановления  исчезло обвинение "в проведении разведывательной работы в СССР". Из серьёзных "предъяв" осталось лишь "участие в монархической организации".
Вопрос: Признаёте ли себя виновным по существу предъявленных  Вам обвинений?
Ответ: Я признаю себя виновным лишь в том, что в 1919 году по мобилизации служил в Белой армии Юденича, на стороне которой боролся против Советской власти и Красной армии, но личного участия в боях не принимал.  Моё участие в борьбе против Красной армии состояло в том, что  я служил на поезде, который доставлял снаряды на передовую. Но я  никакой политической работы в  Эстонии  не проводил и ни в каких монархических организациях никогда не состоял. Я всё время, с 1920 по 1940 год, работал на разных работах в провинции: летом рыл осушительные канавы, зимой заготавливал лес. Изредка удавалось найти работу в Тарту. Я, конечно, виноват перед Советской властью, но лишь в том, что в 1919 году несколько месяцев служил в Белой армии Юденича, в которую был мобилизован".


Так вот в чём дело! Не того взяли чекисты. Отсюда и опечатка насчёт Нарвы. Именно там проживал мифический Антонов Иван Иванович - "агент разведотдела 1-ой эстонской дивизии", который  был сначала перевербован, а затем таинственно исчез. Скорее всего, речь идёт об обычном перебежчике, которого параноики из ГПУ зачислили в шпионы. Ну да ладно, речь не о нём. Реального Антонова уличили лишь в "службе в Белой армии Юденича рядовым по мобилизации". Не Бог весть какое обвинение, даже по тогдашним меркам. Ключевое слово здесь - по мобилизации. Вот если бы добровольно -  другое дело. Почти все призывники из Калласте в годы Освободительной войны воевали против Красной армии: кто у эстонцев, кто у белых. Не по своей, разумеется, воле.

Когда выяснилось, что "ошибочка вышла",  питерские чекисты решили вернуть арестанта своим эстонским коллегам. Мол, не нашего уровня "клиент". Разбирайтесь с ним сами.

Сержант Роевнев из Тартуского Горотдела НКВД принял единственно правильное решение. Иван Антонович уже предвкушал встречу с женой и сыном, но не тут то было...Лейтенант Госбезопасности Ёрш с освобождением решил повременить и отправил дело на доследование. Бдительный чекист обнаружил "неясности" в биографии Антонова.

Допросили свидетелей...

Из показаний  Пазилина Василия Дмитриевича  1906 г.р., милиционер  в городе Тарту:
«Антонова Ивана Антоновича я знаю примерно с 1938 года. Он рассказывал мне, что служил по мобилизации у белых. На протяжении всего периода моей работы с Антоновым  он систематически восхвалял Советскую власть в СССР и неоднократно спорил с  лицами, которые были настроены против СССР.  Например, мне известен следующий факт. В августе 1939 года я с Антоновым работал на укладке телефонного кабеля в Тарту. В одной из бесед Антонов резко выступил в защиту СССР против подрядчика Шанина Михаила (директор лесопильного завода), который доказывал, что Прибалтику должны занять немцы и симпатизировал Германии. Говорил, что в СССР ничего нет и плохая техника. Антонов спорил с ним и доказывал, что Советский Союз - сильная страна и оснащена первоклассной техникой и в СССР созданы все условия жизни для рабочих и крестьян. Он говорил, что СССР никогда не допустит, чтобы Прибалтика была занята немцами или другими буржуазными государствами. Сравнивая жизнь в Эстонии и СССР, Антонов говорил, что  в Советском Союзе рабочим и крестьянам всё доступно и они пользуются всеми правами и благами, а в Эстонии бедных людей эксплуатируют".
Из показаний  Нятт  Югана Гансовича, сосед Антонова по месту жительства:
«Я неоднократно видел у Антонова русские газеты - «Правду» и «Известия». Это было  ещё до прихода Советской власти в Эстонию, примерно в 1939 году».
Из показаний Васильевой Татьяны Васильевны 1901 г.р., жительница  д. Телегино Псковской области:
«Антонова Ивана Антоновича я знаю с детства. В прошлом Антонов имел кулацкое хозяйство и покупную землю. Применял наёмную рабсилу. В 1919 году Антонов вместе со своими братьями  добровольно ушёл в Белую армию. Братья позже вернулись домой, а Иван остался у белых и ушёл с ними в Эстонию. Григорий и Василий Антоновы были  высланы за пределы Островского района,  точно не помню в каком году. Об избиении Антоновым шомполами семей  красноармейцев мне ничего не известно».

Не сомневаюсь, что тартуские знакомые Антонова не лгали: ни про газеты, ни про его убеждение в превосходстве советской техники и правильности политического курса большевиков. Да и сам Иван Антонович на допросах вполне искренне жалел, что в своё время остался в Эстонии. Правда, он ничего не знал о печальной судьбе братьев, вернувшихся в родную деревню после службу у белых...

Антонов Гавриил Антонович. Родился в 1884 г. Проживал: Псковская обл., Порховский р-н, д.Гойкино. Приговорен: Порховский РИК в 1931 г., обв.: пост.СНК и ЦИК от 01.02.1930 г. Приговор: выселение - Мурманская обл., г.Кировск.
Антонов Василий Антонович. Родился в 1894 г., Островский р-н, д. Телегино; русский; крестьянин. Арестован 11 февраля 1933 г. Приговорен: тройка при ПП ОГПУ в ЛВО 29 марта 1933 г., обв.: по ст. 58-10 УК РСФСР. Приговор: 3 года ИТЛ.
Пока суд да дело, началась война. Подсудимый был в спешном порядке этапирован вглубь СССР, в один из лагерей Кировской области. Здесь 15 января 1942 годы было составлено обвинительное заключение. Следователи Иванов и Соомери предложили рассмотреть дело Антонова на Особом Совещании при НКВД СССР и определить меру наказания в 7 лет ИТЛ. Прокурор по Кировской области Набатов решил не мелочиться и коричневыми чернилами поставил крест на жизни несчастного зэка, приговорив его к высшей мере наказания - расстрелу. Однако, вышестоящий обвинитель, уже синими чернилами, 29 июня 1942 заменил смертную казнь на "всего то" три года ИТЛ...


Особое Совещание при Наркоме Внутренних дел 4 июля 1942 года поддержало "благосклонного" прокурора с неразборчивой фамилией (то ли Сатаров, то ли Сахаров) и утвердило предложенный им приговор. Обратите внимание, что от первоначального "букета" обвинений осталось лишь одно - " социально-опасный элемент". Можно сказать, что нашему герою несказанно повезло: три года вместо смертной казни!!! Но было одно "но": К этому времени Иван Антонович Антонов уже 5 месяцев как скончался. То есть, к трёхлетнему заключению приговорили уже МЁРТВОГО заключённого. О причине смерти 52-летнего узника в деле ничего не сказано.




Через 49 лет справедливость была восстановлена. К сожалению, посмертно.
Такая вот печальная история...

  На главную                                     Немного истории (продолжение)

Немного истории...









Из серии «Красногорские контрабандисты»
Неудачный рейс…
После начала военных действий между Эстонской республикой и Советской Россией в конце ноября 1918 года остро встал вопрос о снабжении армии провиантом. 10 декабря 1918 года Временное правительство Эстонии ввело запрет на вывоз продуктов питания в Россию. Однако, жителей Причудья  этот опасный бизнес кормил куда лучше, нежели рыболовство, поскольку цены на товары первой необходимости по ту сторону озера были в разы выше эстонских. На плечи зарождающейся погранслужбы и отрядов Кайтселийт легла задача по пресечения контрабанды продовольствия на восточный берег. Зимой пересечь границу было технически проще, но был велик риск наткнуться на военный патруль, который, как и рыбаки, передвигался на санях.  Летом проблемой становилась непогода и пароходы «Таара» и «Тарту», которые нет-нет, да и выезжали из устья Эмайыги на патрулирование границы. Ушлые «контрабандисты» использовали нехитрые уловки,  чтобы избежать неприятных последствий от встречи с ними.
Так, например, на озеро отправлялись ночью, часа в 4, чтобы не привлекать излишнего внимания проснувшихся обывателей и погранохраны. Загодя брали у представителей власти разрешение на рыбный промысел, чтобы при встрече предъявить его, как доказательство абсолютно «благих намерений». Предназначенные для перевозке в Россию продукты грузили в лодку по темноте и тщательно укрывали сетями и прочими рыболовными снастями. Часто контрабандный товар упаковывали в водонепроницамые мешки, к которым привязывали камень и небольшую бирку, на случай, если груз придётся выбросить в воду. На борт лодки, в качестве «довеска», часто брали женщин и детей, чтобы компания выглядела максимально «безобидной» и не вызывала ненужных подозрений у проверяющих. Сбыт дефицитных продуктов иногда производили прямо на озере, перегружая их в лодки российских рыбаков. Но выгоднее было самому доставить провизию на восточный берег и реализовать на гдовском рынке. При приближении патруля рыбаки скидывали товар за борт и начинали выставлять сети, делая вид, что за ради этого они и выехали на озеро. Я не знаю, каков был процент удачных  «бросков» красногорцев через границу, но время от времени они попадались…
Рапорт капитана парохода «Таара» командиру дивизиона Чудской флотилии (см. фото):
«8 мая 1919 года, в ходе разведовательного рейда мы заметили две парусные лодки, которые на большой скорости двигались со стороны деревни Калласте в направлении российского берега. Чтобы их остановить, был произведён предупредительный выстрел из корабельного орудия. Лодки остановились, находившиеся в них люди  быстро спустили паруса и начали выставлять сети. Мы подъехали и приказали прекратить работу. При досмотре выяснилось, что к брошенной в воду рыболовной сети  были привязаны несколько мешков, в которых оказалось ржаная мука, свиное мясо и сливочное масло. На борту лодки находились жители д. Калласте Лупан и Яков Казаковы, Ефим Сапожников и Матрёна Крёхова. Вторую компанию контрабандистов задержала команда парохода «Тарту».
Из донесения капитана «Тарту» (см. фото):
«Во время патрулирования мы заметили открытую лодку, которая двигалась в сторону Гдова. Недалеко от неё виднелся ещё один парусник. После выстрела с «Таара» оба судна остановились и спустили паруса. Мы подъехали к одной из лодок. В ней находилось 5 человек из д. Калласте: Иван Елинкин (1869), Тимофей Елинкин, Пелагея Елинкина, Анастасия Елинкина и Мария Козлова. После тщательного досмотра содержимого лодки один из матросов заметил небольшую бирку, которая плавала рядом с рыболовным буем, поставленным рыбаками для обозначения сетей. Через несколько минут на палубу парохода были вытянуты из под воды несколько мешков с контрабандным товаром: мукой, мясом и маслом. Пассажиры лодки в один голос заявили, что эти продукты им не принадлежат.»
Капитаны дозорных судов приняли решения оставить на борту для выяснения обстоятельств дела лишь мужчин, а 4-м женщинам: Марии Козловой, Пелагеи и Анастасии Елинкиным, а также Матрёне Крёховой разрешили вернуться на лодках домой. На первом же допросе Тимофей Елинкин заявил: "Запрещённый груз принадлежит не мне, а Марии и Терентию Козловым. Последний попросил доставить товар на русский берег, а за услугу обещал 2 пуда ржаной муки и фетровую шляпу. Сам Терентий  остался на берегу, а с нами отправил свою супругу."
После этих признаний решено было задержать и допросить супругов Козловых, которые проживали в Калласте,  однако Терентий бесследно исчез. Пришлось стражам порядка ограничиться допросом 21-летней  Мария Козловой, которая  показала:
«Сама я родом из Гдовского уезда. С Терентием Козловым проживаю в свободном браке с июля 1918 года. Несколько дней назад один житель Калласте, приехавший из России, рассказал, что моя сестра умерла. Поскольку у неё осталось трое малолетних детей, я решила их проведать. 7 мая (1919 года, прим. автора) вечером к нам домой зашёл Иван Елинкин и предложил вместе с ним плыть в Россию. Я спросила разрешения у мужа. Тот не возражал. В качестве гостинца я взяла 8 килограмм масла, которые супруг недавно купил для себя. Отплыли 8 мая часов в 5 утра. Масло я принесла с собой, все остальные вещи были загружены в лодку заранее. Кто их туда положил и кому они принадлежали, я не знаю. На берегу в это время не было ни одного дозорного, так что нас никто не проверял. Пароходов мы не видели до того момента, как один из них не выстрелил в нашу сторону. Мы испугались, спустили паруса и начали ловить рыбу. Я была занята парусом и не видела, как выбрасывали мешки за борт. Сколько, помимо моего масла, в лодке было запрещённого груза, я не знаю. То, что через озеро ездить запрещено, я знала, но очень хотела навестить оставшихся сиротами сестриных детей. Занимался ли мой муж контрабандой, сказать не могу.»
19-летняя Анастасия  и 24- летняя Пелагея Елинкины в один голос заявили:
«Нам ехать на озеро приказал отец, Иван Елинкин, чтобы в случае чего его не признали виновным. В лодке было несколько мешков с продуктами, но все они принадлежали Терентию Козлову. Отец лишь согласился отвести его жену Марию вместе с товаром в Россию. В одном из мешков было масло, что в других – не видели. Сколько Козлов обещал отцу за работу – не знаем».
Иван Елинкин:
«Терентий Козлов уговорил меня перевезти в Россию его жену и 8 пудов масла, обещав за  услугу 2 пуда ржаной муки. Я согласился. В ночь с 7 на 8 мая Козлов  пришёл ко мне и сказал, что масло он уже перенёс в лодку и укрыл парусом и сетями. Перед отплытием пришла жена Терентия, Мария, с небольшим мешком. То, что в нём была мука, я узнал лишь после того, когда матросы вытащили его из воды. Дочери ничего не знали о моих планах, я просто приказал им ехать со мной.»
Аналогичный расклад имел место и на второй лодке. Судя по показаниям братьев Лупана(1979) и Якова (1889) Казаковых, их подрядил совершить поездку в Россию Ефим  Сапожников, который, в отличии от Терентия Козлова, решил плыть в Россию лично. Но после того, как задержанных отпустили домой под залог в 1000 марок, Сапожников бесследно исчез.
Допросили его невесту, 19-летнюю Матрёну Крёхову:
«Выехали мы 8 мая часов в  6 утра. Никаких патрулей на берегу не было. Зачем мой муж отправился на озеро, я не знаю. Думала, что ловить рыбу. При себе у меня было лишь полбуханки ржаного хлеба. Когда лодка уже отчалила, я заметила, что в ней лежит свиная туша, 3 мешка муки и мешок масла. Я спросила у мужа, почему он не сказал, что собрался в Россию. Если бы я знала, то не поплыла бы с ним. Когда прозвучал выстрел с парохода, муж приказал выбросить мешки с продуктами за борт. На озеро я отправилась по приказу мужа. Виновной себя не признаю».
Интересно, что допрошенный ещё в Тарту Ефим Сапожников свою причастность к контрабанде отрицал и заявлял, что все продукты были выброшены в воду с лодки Елинкиных, а  Матрёна Крёхова врёт, утверждая, что у  братьев Казаковых тоже был контрабандный груз. Поскольку инициаторы незаконного промысла, Терентий Козлов и Ефим Сапожников, пустились в бега, привлечь их к ответственности по горячим следам не удалось. Прошло 6 лет…
В феврале 1925 года, объявившийся в Калласте Терентий Козлов был задержан. Ему припомнили старые «грехи» и взяли под стражу. Арестованный свалил всё на Ивана Елинкина и ...свою бывшую супругу Марию Козлову:
« Около 6 лет тому назад моя жена по гражданскому браку Мария Васильевна поехала на родину посмотреть свою мать и захватила с собой 20 фунтов масла, которые по дороге отобрали. Она поехала вместе с жителем посёлка Красные горы Иваном Елинкиным, у которого была контрабанда. К числу контрабанды была причислено и масло моей жены. Я никакого участия в провозе контрабанды не принимал и властями задержан не был. За поступки своей жены, умершей два года тому назад, я ответственности не несу.»

Несмотря на попытку "отмазаться", Терентий Козлов был приговорён 22 апреля 1925 года Тарту-Выруским народным судом за «дела давно минувших дней» к 1000 марок штрафа или трём суткам ареста в случае неуплаты (см. фото). Прямо скажем, не смертельно. Такая вот «контрабандная» история…


Из серии «Красногорские курьёзы»
Невесёлая судьба…
Приходится признать, что пьянство и воровство шли в довоенном Калласте рука об руку. Некоторые из моих односельчан, единожды оступившись, уже не смогли остановиться. Печальное тому подтверждение - судьба Бориса Демидовича Елинкина (1909)(см. фото).

На криминальную стезю он ступил уже в молодые годы. Первый срок по воровской статье получил в 13 лет. Дальше-больше…
Ранним утром 12 июня 1930 года житель Калласте 75-летний Карл Каро вместе с супругой отправился на пастбище за скотиной. Дверь, естественно, закрыл на замок. По возвращении он обнаружил пропажу из шкафа 40 крон, а из кармана висевшего в прихожей пиджака «улетучились» серебряные часы на  золотой цепочке. Суммарный убыток «тянул» на 120 крон. Подозрение почти сразу пало на 21-летнего Бориса Елинкина, которого свидетели видели в тот же день возле дома потерпевшего. Грабитель проник внутрь здания через небольшое квадратное  отверстие в фундаменте, проделанное для вентиляции. Воришка разломал деревянную обшивку, прикрывавшую вход в подполье и протиснулся внутрь через узкую дыру. Таким же путём выбрался наружу.
Из показаний свидетеля, жителя Калласте,  Якоба Вильде:
« Я проходил утром 12 июня по улице и видел, что Елинкин подошёл к дому Каро с жестяным бидоном. Увидев меня, он сказал, что мать послала его к соседу за молоком. После чего  попросил закурить. Перекинувшись со мной парой слов, он зашёл во двор Карла Каро. Я  последовал своей дорогой и не видел, залезал ли Елинкин внутрь чужого жилища . Вечером того же дня мы вновь повстречались на улице, только на сей раз парень сам угостил меня дорогими папиросами, которые стоят по 1 сенту за штуку. Я в шутку поинтересовался: «Ты что, Карла Каро обворовал?». На что Елинкин ответил, что ничего подобного он не делал, но объяснить, откуда у него деньги, не смог. Я решил его «прощупать» и соврал, что видел, как он залезал в дом Каро. Елинкин сперва растерялся, но потом взял себя в руки и заявил: «А твоё какое дело! Помалкивай и я куплю тебе бутылку водки.»
Якоб Вильде решил не испытывать судьбу и пошёл в полицию. Будучи задержанным, воришка некоторое время отпирался, но затем, припёртый к стенке, рассказал как всё было:
«Мать послала меня к Каро за молоком. Зайдя к нему во двор, я увидел, что хозяина нет дома и дверь заперта. Рыба на озере ловилась плохо и в деревне нечем было заняться. Я уже давно подумывал уехать в Таллинн, чтобы найти хорошую работу, но у меня не было денег на дорогу. Я не смог удержаться и залез в дом Карла Каро через вентиляционное отверстие в фундаменте. Я боялся, что вернутся хозяева, поэтому успел лишь заглянуть в буфет на кухне и прощупать карманы одежды, висевшей в прихожей. Моей «добычей» стали карманные часы и 40 крон денег. Часы я закопал на краю ржаного поля в ста шагах от дома, а деньги спрятал под сложенными во дворе досками. Потратить на хлеб, водку и папиросы успел крон пять."
Украденное имущество, пусть и не целиком, вернулось хозяину, а Борис Демидович Елинкин получил за свои проделки 1 год и 3 месяца тюрьмы (см. фото).


Суровость приговора объяснялась тем, что эта кража была далеко не первой в «послужном» списке моего односельчанина. За полгода до вышеописанного случая, 29 ноября 1929 года, наш герой «умыкнул» из кассы мясной лавки Аугуста Вильюса 8 крон 25 сентов. Судя по всему, он плохо продумал пути к отступлению, поскольку был схвачен с поличным в паре сотне шагов от места преступления. Неудачная попытка разжиться 8 кронами потянула на 4 месяца заключения. Поскольку приговор по этому эпизоду «подоспел» позже, нежели в деле о серебряных часах, суд решил, что год и три месяца тюрьмы вполне достаточное наказание за оба эти преступления. Едва закончился срок заключения, как пришла повестка в армию. Герой этой истории не отличался покладистостью характера, поэтому отслужить положенный год без происшествий не смог. 10 мая 1932 года рядовой 7 пехотного полка Борис Елинкин во время занятий с противогазом наотрез отказался его надевать, сославшись на плохое самочуствие и неисправность «трубы». На поверку оказалось, что противогаз и здоровье военнослужащего в полном порядке. За неисполнение приказа  командира воинской части в мирное время полагался год лишения свободы.  Наказание могло быть и помягче, но вышеописанный инцидент оказался в армейской жизни Елинкина уже… 9-м по счёту, поэтому суд миндальничать не стал. Из мест заключения  арестант вышел  10 декабря 1933 года. Как сложилась дальнейшая судьба незадачливого красногорца  я выяснить не смог, но похоже,  соскочить с воровской «иглы» наш герой так и не смог. В подтверждение вышесказанного привожу краткую заметку из газеты
«Uus Eesti» от 22 августа 1939 года:
«В Таллинне по ул. Канарбик 7 из квартиры Екатерины Антоновой пропали 9,5 крон. Вор проник в помещение  через окно, открыть которое он сумел, протиснувшись через форточку. Полиции удалось задержать грабителя по горячим следам. Им оказался 30-летний житель г. Калласте Борис Елинкин, который в прошлом неоднократно наказывался за кражи. Арестованный помещён в тартускую тюрьму.» Такая вот невесёлая история…


Нансеновский паспорт
После Первой мировой войны и прокатившихся  по Европе смут и революций многие люди  превратились в беженцев и апатридов. На новой родине у них не было никакого статуса. Норвежский полярный исследователь Фритьоф Нансен (см.фото),
занимавший пост комиссара Лиги Наций по делам беженцев,  предложил ввести для  перемещённых лиц временный удостоверяющий личность документ. Он был разработан по единому стандарту и получил название  Нансеновский паспорт. Со временем его признали 52 государства. В Эстонии основными получателями этого своеобразного «вида на жительство» стали бывшие солдаты и офицеры белогвардейской Северо-западной армии, не  желавшие репатриироваться в Советскую Россию. Первый эстонский Нансеновский паспорт получил 24 ноября 1923 года Анатолий Переслегин. На 1 января 1937 года в республике проживало 4383 обладателя таких паспортов. Одним из них был и Иван Федорович Коренев 1899 года рождения, поселившийся в Калласте в начала 1920-х годов (см. фото).











Об этом человеке мне мало что известно. Родом он был из Олонецкой губернии, имел жену - уроженку Калласте  Ирину Ивановну, в девичестве Персидскую, которая была старше мужа на 5 лет, а также троих детей: дочерей Анну(1923), Зиновию (1927) и сына Карпа(1928). К середине 1930-х годов в живых осталась лишь старшая дочь Анна. Обладатель Нансеновского паспорта должен был ежегодно его продлевать и не имел права проживать в г. Таллинне и в 25-километровой  зоне вокруг столицы, а также в Тарту и Печорском районе (см. фото).

Думаю, это была одна из причин (помимо местожительства супруги), почему Иван Фёдорович поселился именно  в Красных горах. Западное Причудье было преимущественно русскоязычным регионом, где выходец из России мог чувствовать себя более-менее комфортно.
Последний раз Иван Коренев продлил свой паспорт в августе 1936 года, после чего ... исчез. Судя по нижеприведенной справке, он нелегально перебрался в Россию. С семьёй или "без" -  мне пока неведомо.
На сайте "Возвращённые имена" упоминается человек, который с большой долей вероятности мог быть отцом Ивана Федоровича Коренева. По крайней мере место рождения, возраст и имя совпадают.


"Коренев Федор Иванович, 1879 г. р. в д. Вороний остров Заонежского района, где и проживал, русский, беспартийный, колхозник. Арестован 24.11.1937 г. Тройкой НКВД Карельской АССР от 09.12.1937 г. осужден по ст. 58-2-7-10-11. Расстрелян 11.12.1937 г. в окрестностях г. Петрозаводск. Сведений о реабилитации нет".



Если кто-либо из посетителей этой страницы располагает информацией о судьбе семьи Кореневых, помимо той, что я изложил выше, буду премного благодарен, если он(она) поделятся этими сведениями со мною. Такая вот история...




Йосеп Вялья и Эдуард Йыги: кровь за кровь…
Сегодня нам сложно проникнуться атмосферой страшного лета 1941 года, когда одна оккупация сменила другую, когда брат доносил на брата, а личные обиды и соседская зависть толкали людей к оговорам и сведению старых счётов. Это было время всеобщей подозрительности и взаимной ненависти, которая застилала глаза и побуждала к мести...
Йозеп Вялья (Joosep Välja) родился в 1876 году в Калласте.  Какое-то время спустя перебрался  в д. Пеатскиви в волости Алатскиви. С ним по соседству проживал Эдуард Йыги (Eduard Jõgi) (1895). Он был женат на дочери брата Йозепа, Карела, то есть приходился последнему зятем...
Артур Сентка( Artur Sentka) (1882), сосед Йосепа Вялья, на допросе 16 августа 1941 года  показал:
«Знаю, что Вялья поддерживал коммунистический порядок и превозносил Советскую власть. При большевиках был доверенным лицом Исполкома и часто ходил на секретные совещания. Как- то в конце июня 1941 года я встретил его по дороге в  Алатскиви. На вопрос, куда он идёт, Вялья ответил: «Иду на собрание, теперь надо некоторых мужиков держать под контролем».
3 июля 1941 года вечером, около дуба, что возле мельницы, между Йосепом Вялья и Эдуардом Йыги произошла ссора, во время которой Йыги ударил Вялью кулаком по лицу и сказал, что таких коммунистов нужно всех перебить. Тогда Вялья набросился с угрозами на Йыги и на меня: «Вас обоих нужно устранить, так как один меня избивает, а другой не идёт на помощь.» Ещё в эстонское время Вялья был известен просоветскими взглядами и его подозревали в сотрудничестве с коммунистами. С руководителем местной парторганизации Рудольфом Ряябисе у Вялья были доверительные отношения. Часто видел, как они советовались друг с другом.»
От автора:
По словам очевидцев, драка между Йыги и Вялья произошла из за того, что Йыги отказался выполнять гужевую повинность по вывозу гравия. Разозлённый Вялья обещал своему родственнику заплатить "кровью за кровь". Он сообщил об инциденте в Исполком и привёл ещё один пример «бандитских» наклонностей зятя: «3 июля 1941 года, когда лесные братья на полдня захватили власть в Алатскиви, Аугуст Йыги и Эдуард Сярг остановили на дороге одного мужчину, который приходился родственником Йоханнесу Пукку, механику с МТС, ушедшему вместе с Красной армией. Они обобрали несчастного до нитки и, по всей видимости, расстреляли.»
Во время задержания из кармана прохожего вывалилась его фотокарточка, которую Вялья отнёс в Исполком и потребовал наказать Йыги за беспредел.
Эдуард Сярг (Eduard Särg) (1910), место жительства д. Пеатскиви, на допросе 10 августа 1941 года рассказал:
«Знаю Вялья как активного коммуниста. При большевиках  он собирал сведения о лицах, не поддерживающих новую власть и передавал информацию выше. 3 июля 1941 года, в день восстания эстонских партизан, мы с Йыги задержали возле деревни Пеатскиви подозрительного человека, который назвался продавцем поросят. Его имени я не помню, но помню, что Ряябисе позднее называл его своим человеком и обвинял нас в том, что мы его задержали. Ряябисе кричал мне в лицо, что Йосеп Вялья точно знает, что ты за человек. Из этого я делаю вывод, что Вялья передал сведения обо мне и Йыги в Исполком. Где-то в начале августа 1941 года Вялья говорил мне, чтоб я  не надеялся, что немцы победят. Мол, русские скоро вернутся и тогда посмотрим, что будет с тобой и со всеми нами. Йосеп Вялья не скрывал, что он не верит в победу немцев и ждёт возвращения русских. Отношения с окрестными хуторянами у него были неприязненные, он всегда отзывался о них пренебрежительно и враждебно.»
Свидетельница Клаара Пеедор (Klaara Peedor) (1898) 6 августа 1941 года:
« Я слышала как где-то в начале июля 1941 года, буквально перед нашим домом, ссорились Йосеп Вялья и Эдуард Йыги. Вялья кричал, что он отомстит Йыги за побои и что кровь требует крови. Перед этим Йыги рассёк Вялья губу ударом кулака. Причиной ссоры был приказ о вывозе гравия, который Йыги отказался выполнять. Вялья заявил, что пойдёт и сообщит обо всём «наверх». Чуть позже Вялья признался, что сообщил о «бандите» Йыги «куда надо». Также он рассказывал, что Йыги с оружием в руках задержал одного прохожего, чью фотографию Вялья позже нашёл на дороге. Он говорил, что Йыги, угрожая оружием, буквально раздел этого человека и куда он делся потом, неизвестно. Возможно, Йыги его расстрелял.»
Свидетель Эльмар Вимк (Elmar Vimk) (1911), житель д. Лахепера, 14 августа 1941 года:
« Йосеп Вялья был доверенным лицом председателя партийного комитета Рудольфа Ряябисе. Где-то  между 7 и 10 июля 1941 года я слышал, как Вялья говорил партийным активистам  Ряябисе, Лаосу и Помму, что Йыги большой бандит и что он настолько осмелел, что всё время следит за мной. Бандитами коммунисты называли эстонских партизан, которые подняли восстание, чтобы до прихода немцев сбросить советскую власть. Также Вялья говорил, что у Йыги, как настоящего бандита, нужно отобрать имущество, а его самого расстрелять. Ещё Вялья показывал фотокарточку, найденную им на дороге и пояснял, что хозяина этой фотографии Йыги и Сярг  ограбили и, по- видимому, расстреляли. Изображённый на фото был родственником Йоханнеса Пукка, механика с  МТС. Пукк при Советах был активный коммунист и ушёл вместе с Красной армией. Наверное, владелец фотографии также был коммунистическим агентом. Также я слышал, как Вялья говорил об отце и сыне Вескиметсах. Мол, они настоящие бандиты и сбежали в лес, поэтому нужно что-то делать с их имуществом. На что Ряябисе ответил, что он знает, что делать с имуществом бандитов. Позднее, в конце июля 1941 года, Эдуард Йыги был коммунистами расстрелян и его стадо забрали. Также коммунисты угнали стадо Вескиметсов и разграбили их хутор. В начале русско-германской войны было секретное собрание советских активистов, где обсуждались вопросы борьбы с парашютистами и другие военные темы. На этом собрании присутствовал и Вялья. Председатель Исполкома Виктор Самм спросил у Вялья, сможет ли он, пожилой человек, быстро доставлять сведения о вражеских парашютистах. На что глава партийной организации Рудольф Ряябисе ответил, что  Вялья «наш человек» и абсолютно подходит для выполнения такого задания, и если необходимо, то отдаст жизнь за победу коммунизма. Я исполнял на тот момент обязанности секретаря Алатскивского Исполкома, поэтому мне известны все вышеописанные обстоятельства.»
Протокол допроса Йосепа Вялья от 14 августа 1941 года:
«Я, констебль района Алатскиви Моданик, заслушал находящегося под арестом на мызе Алатскиви  Йозепа Вялья 1876 г.р., уроженца посёлка Калласте, проживающего в д. Пеатскиви, образование 4 класса, хуторянина, который рассказал следующее:
« Я не был ни членом партии, ни кандидатом в ряды ВКП(б). Во время правления большевиков в 1940-м году я некоторое время был доверенным лицом волостного Совета по деревням Тырувере и Пеатскиви. В мои обязанности входило следить за тем, чтобы хуторяне добросовестно обрабатывали поля, не уничтожали скот и выполняли план по сдаче зерна государству. Партийному организатору Рудольфу Ряябисе я никаких секретных сведений о местных жителях и их деятельности не предоставлял. Что касается Эдуарда Йыги, хочу сказать следующее. Эдуард Йыги был мужем дочери моего брата. У меня с ним до поры до времени были нормальные отношения, но он начал «заигрывать» с моей женой,  так  что в народе уже пошли слухи. Я сказал Йыги, чтобы он к нам больше не приходил, так как люди об этом плохо говорят и возводят на меня клевету. Йыги обиделся и с этого времени наши отношения испортились окончательно. В начале июля 1941 года, числа я не помню, когда эстонские партизаны  подняли восстание в Алатскиви, Эдуард Йыги попался мне навстречу по дороге в Пеатскиви. Он был в нетрезвом состоянии, набросился на меня и разбил кулаком губу, а также угрожал проломить мне голову прикладом винтовки. Я на Йыги не жаловался ни в Исполком, ни лично Рудольфу Ряябисе, а также  не обещал заплатить ему кровью за кровь. Мне в руки, действительно, попала одна маленькая фотокарточка, которую на дороге подобрала моя жена. Я отнёс её в Исполком, но не говорил, что Йыги и Сярг ограбили и, возможно, убили этого человека. Также я не называл Йыги бандитом и не грозился забрать его имущество, а самого убить.  Эдуарда Йыги коммунисты, действительно, расстреляли, но сделали это не по моей жалобе. Также и хутор Вескиметсов разграбили не по моему предложению. Я коммунистическим агентом не был и во время красного террора ни на кого не доносил. В прежние времена я также не принимал участия в коммунистической деятельности и под следствием за состоял.»
От автора:
Эдуард Йыги будет  расстрелян большевиками перед самым уходом истребительного батальона из Алатскиви, по всей видимости, между 22 и 25 июля 1941 года.
Йосепа Вялья арестуют  члены «Омакайтсе» 6 августа 1941 года. Следствие продлится полторы недели. 19 августа 1941 года  его расстреляют  на окраине Алатскиви (см. фото ниже).

Родной брат Йосепа - Густав Вялья, проживавший в д. Нина, окажется в годы войны "по другую сторону баррикад":
Вялья Густав Михкелевич (VÄLJA, Gustav, Mihkel), род 1874 в Калласте, 2 кл. образования, хуторянин, арестован 13.02.45 в вол. Алатскиви, ст. 58-1а, освобождён 11.10.47, был в Омакайтсе. В приговоре сказано:" Вялья Густав, уроженец г. Калласте, житель д. Нос, проживая на временно оккупированной немецко-фашитскими войсками территории ЭССР, в июле 1941 года добровольно вступил в члены военно-фашистской организации "Омакайтсе", где состоял рядовым до 1943 года и в течении этого времени нёс караульную службу по охране штаба "Омакайтсе" и патрулировал по д. Нос с целью задержания подозрительных лиц. Кроме этого в 1941 предал немецким властям советских граждан: Бородкина Василия, Мухина Леонида, которые были расстреляны, и Персидского Бориса, который содержался под стражей в течении полутора лет. На основании статьи 58-1а лишить Вялья Густава свободы сроком на 10 лет с поражением в правах сроком на 5 лет, с конфискацией имущества. Однако, учитывая обстоятельства дела и преклонный возраст подсудимого, Военный Трибунал считает возможным не применять к нему меру наказания в виде каторжных работ."
Такая вот история...




На главную                           Немного истории (продолжение)...

Немного истории...







Советские репрессии...
Вторая мировая война и присоединение Эстонии к СССР  раскололи население Калласте  на два лагеря. Многие жители нашего города стали жертвами  немецкой оккупации, многие - советской...
Опираясь на данные эстонской организации Мементо, российского общества Мемориал и Ленинградского мартиролога привожу сведения о моих земляках, репрессированных советской властью. Хочу уточнить, что на данном этапе я не берусь судить о степени действительной виновности каждого из осуждённых, поскольку не обладаю достаточной информацией. Я просто констатирую факт...


Алексин Елпидифор Григорьевич, родился в 1906 г., Эстляндская губ., Юрьевский уезд, д. Красные горы; русский; б/п; Конструктор Курганского машиностроительного завода, перебежчик из Эстонии ( 05.10.1924 года тайно перебрался через Чудское озеро в СССР). Арестован 8 января 1938 г. Приговорен: НКВД СССР 23 марта 1938 г., обв.: как агент эстонской разведки, по ст. 58-6, 9, 11. Приговор: ВМН. Расстрелян 7 апреля 1938 г. Реабилитирован в августе 1989 г. военной прокуратурой УралВО.
Антонов Иван Антонович, родился в 1890 году, м/р Псковская губерния, город Остров, беженец из России, имел нансеновский паспорт. С 1920 по 1922 год проживал в Калласте, позже в Вильяндимаа и Тарту. Арестован 20.08.1940 года в Тарту по ул. Паю 6-7, трибунал по ст. 58 - 13, 3 года ИТЛ , Горьковская область Ужлаг. Умер в заключении 26.01.1942 года.
Аршинов Фока Федорович, родился в 1904 г., д. Красные Горы, Эстония. В 1925 году вместе с земляками Гривицким и Колбасовым тайно перебрался в СССР. Рыбак рыбпрома "Красная звезда". Проживал: Ленинград, Достоевского 22-53. Арестован 7 июля 1935 г. Приговорен: Леноблсуд 20 сентября 1935 г., обв.: 58-10. Приговор: 5 лет лишения свободы. Пост. ВС РСФСР от 21.10.1935 приговор оставлен в силе. Реабилитирован 3 ноября 1992 г.
Аршинов Платон Максимович, родился в 1866 г., д. Красные горы Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ.; рыбак. Проживал: д. Красные горы Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ..
Арестован 14 декабря 1919 г. 2-м Особым отделением 15 армии Западного фронта.
Приговорен: РВТ 19-й стрелковой дивизии 15-й армии 16 декабря 1919 г., обв.: по политическим мотивам.
Приговор: направлен в концентрационный лагерь до заключения мира с Эстонией. 04.01.1920 г. этим же трибуналом освобожден под поручительство сотрудников Комендантской команды 19-й дивизии. Реабилитирован в сентябре 2005 г. Прокуратура г.Москвы
Гойдин Константин Лукич, родился в 1898 г., д. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ.; русский; беспартийный; колхозник-рыбак. В 1922 году тайно перебрался из Эстонии в Советскую Россию. Проживал в пос. Стрельна Лен. обл., арестован 20.12.37. Приговорён особой тройкой УНКВД ЛО 30.12.37, обв. По ст. 17-58-8 УК РСФСР. Приговор: ВМН, расстрелян 2.01.38. Место захоронения – г. Ленинград. Его жена, Гойдина Устинья Васильевна (1904), уроженка д. Красные горы, была выслана в г. Рыбинск. После войны она нелегально вернулась в Эстонию. 21 февраля 1951 года была арестована в г. Калласте по улице "21 июня" 12 и решением Особого совещания от 29.09.51 выслали обратно на поселение.
Горушкин Иван Павлович, 1904 г. р., уроженец пос. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, перебежчик из Эстонии, рыбак Рыбзаводстроя, проживал: п. Стрельна, Портовая ул., д. 52. Арестован 28 марта 1938 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 4 октября 1938 г. приговорен по ст. 58-6 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 8 октября 1938 г. Семья Павла Горушкина (1869) тайно перебралась из Эстонии в СССР в 1924 году. После 18-дневного разбирательства Ивану Павловичу Горушкину разрешили поселиться в п. Стрельна вместе с женой Дарьей Семёновной.
Горушкин Кирилл Петрович, 1908 г. р., уроженец посада Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, перебежчик из Эстонии, беспартийный, рыбак 5-го ОРСа Кировской ж. д., временно не работал, проживал: п. Стрельна Лен. обл., Береговая ул., д. 4, кв. 2. Арестован 27 марта 1938 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 27 октября 1938 г. приговорен по ст. 58-6 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 1 ноября 1938 г.
Горушкин Игнатий Петрович 1902,
уроженец посада Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, перебежчик из Эстонии. Расстрелян в 1937 году. Обвинение: шпионаж в пользу Эстонии.
Горушкин Мартемьян Васильевич, род. 14.02.04 в Калласте, место жит. там же, нач. образование, рабочий, арестован 20.08.41, трибунал 24.08.41 ст. 58-10, 10 лет с поражением в правах на 5 лет. Обвинён в антисоветской пропаганде.
Горушкин Яков Иванович
Родился в 1886 г., д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ.; рыбак. Проживал: д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ..
Арестован 14 декабря 1919 г. 2-м Особым отделением 15 армии Западного фронта.
Приговорен: РВТ 19-й стрелковой дивизии 15-й армии 16 декабря 1919 г., обв.: по политическим мотивам.
Приговор: направлен в концентрационный лагерь до заключения мира с Эстонией. 29.12.1920 г. этим же трибуналом освобожден.
Горушкин Феофил Тимофеевич родился в 1906 году в д. Красные Горы (Калласте). Первого  апреля 1926 года вместе с Николаем Свинковым по льду Чудского озера тайно перешёл из Эстонии в СССР в "поисках лучшей жизни". В 1930-м году был арестован и выслан на поселение на Соловки. В том же году сбежал оттуда вместе с другом Рейл Артемием. Последний был родом из Нарвы и перебрался в Советский Союз в 1927 году. После долгих скитаний по карельским лесам, беглецы вышли к советско-финской границе, которую смогли счастливо пересечь. Первого ноября 1930 года на коробле "Рюген" их доставили из Хельсинки в Таллинн. Позже Феофил Горушкин женился на Росине-Йоханне Воятски. В  1940-м году супруги  эстонизировали общую фамилию и мой четвероюродный дядя по маме стал зваться  Väino Kaljend. Вскоре после начала войны, 22 июля 1941 года, он был арестован в Таллинне сотрудниками НКВД. Обвинение: шпионаж в пользу Германии. 28 июля 1941 года Горушкин-Кальенд был приговорён к расстрелу. Дальнейшая судьба неизвестна.

Гусаров Фаддей Никифорович

Родился в 1913 году в д. Красные Горы Тартуского уезда Эстонии, беспартийный, рабочий, проживал: г.Таллинн. Перешел с товарищем границу СССР. Арестован 19 июня 1938г. Военным трибуналом ЛВО 22 августа 1938г. приговорен по ст.58-6 ч.1 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 17 декабря 1938г. Обвинение: шпионаж в пользу Эстонии. Одновременно расстрелян его товарищ Евгений Демидов.



Гришакова Елизавета Тимофеевна (в девичестве Долгошева), родилась в Калласте в 1913 году, арестована и выслана на поселение 14.06.1941 года, как член семьи "социально- чуждого элемента". Её супруг - Гришаков Иван Ефремович (1909 - 1980) владел в Тарту на пару с братом стекольным заводом. Место ссылки - посёлок Красный Яр. Освобождена вместе с мужем 21.05.1956 года. Скончалась 09.01.1964 г.








Гришакова Таисия Ивановна, дочь, родилась в 1932 году в Тарту, место ссылки - Томская область, посёлок Красный Яр. Вернулась в Эстонию в 1947 году, когда ссылнопоселенцам с двумя детьми разрешили одного ребёнка отправить на родину.







Гришаков Павел Иванович, сын, родился в 1935 году в Тарту, место ссылки - посёлок Красный Яр. Освобождён вместе с матерью 21.05.1956 года.

SARAPOVA, Emilie, Anna немка, 1890 г/р,  м/р Литва, м/ж Таллинн, Маакри 11 - 5, выслана 15.08.45; Молотовская область, Фокиевский район. Сбежала с поселения обратно в Эстонию 08.1947. Жена Петра Долгошева.
Долгошев Петр Маркович, муж, русский, 1890 г/р, м/р Калласте, м/ж Таллинн, не высылался, рабочий.
Елинкин Михаил Иванович Родился в 1908 г., Эстония, г. Калласте; русский; образование начальное, из рабочих. Арестован 27 октября 1941 г. Приговорен: 27 декабря 1941 г.
Приговор: дело прекращено. Реабилитирован 7 июля 1999 г.




Жанжаров Георгий Николаевич, 1921, Калласте. Посл. место службы 17 ЗСП 20 ЗСБ красноармеец,  осуждён 21.11.41 на 10 лет с пор. в правах на 5 лет, без конфискации. Обвинён в антисоветской и пораженческой пропаганде. Подробнее смотрите здесь...
Захаров Григорий Павлович, 1899 г. р., уроженец д. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, член рыбоколхоза им. 2-й пятилетки на ст. Стрельна, проживал: г. Петергоф, Ораниенбаумское шоссе, д. 9, кв. 8. Арестован 27 марта 1938 г. Комиссией НКВД и Прокуратуры СССР 25 июня 1938 г. приговорен по ст. ст. 58-6-10 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 8 июля 1938 г.
Захаров Иван Павлович, 1902 г. р., уроженец д. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, член колхоза им. 2-й пятилетки, проживал: г. Петергоф, Ораниенбаумское шоссе, д. 9, кв. 6. Тайно перебрался вместе с родителями из Эстонии в СССР в октябре 1923 года. Арестован 27 марта 1938 г. Комиссией НКВД и Прокуратуры СССР 13 июня 1938 г. приговорен по ст. 58-6 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 28 июня 1938 г. Отец Захаров Павел Васильевич (1874), мать Захарова Феодосия Яковлевна (1875).
Киккас Оскар Иосифович (Kikkas Oskar Josepi p.) Родился в 1897 году в д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ.; рыбак. Проживал: д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ..
Арестован 14 декабря 1919 г. 2-м Особым отделением 15-й армии Западного фронта. 16.12.1919 г. Революционным военным трибуналом 19-й стрелковой дивизии 15-й армии приговорен по политическим мотивам. Приговор: направлен в концентрационный лагерь до заключения мира с Эстонией. 06.03.1920 г. освобожден по распоряжению Карательного подотдела 15-й армии. Скончался в 1931 году. Реабилитирован в сентябре 2005 г. Прокуратурой г. Москвы.






Колбасов Ефим Семенович, русский, 1918 Калласте, м/ж Тарту, 3 класса образования, каменщик, арестован 30.04.1943 в Свердловске, трибунал от 30.06.1943 по ст.  58 - 10; 10 лет ИТЛ и 2 года поражения в правах. Обвинён в антисоветской пропаганде в Эстонском корпусе. Подробнее читайте здесь.
Потапий Иванович Клявин.jpg


Клявин Потапий Иванович, 1891 г. р., уроженец д. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, рыболов, проживал: п. Стрельна Лен. обл. Арестован 20 декабря 1937 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 30 декабря 1937 г. приговорен по ст. ст. 17-58-8, 58-10-11 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 2 января 1938 г.
Кошелёв Иван Михайлович, русский, род. в 1921 г. в Калласте, место жит. г.Калласте, ул Тарту 78, 5 классов, арестован 24.06.43, трибунал 10.08.43 № 58-10 часть 2. Осуждён на 8 лет с поражением в правах на 3 года. Обвинён в антисоветской пропаганде в Эстонском стрелковом корпусе. В приговоре сказано: "Военный трибунал 249 Эстонской стрелковой дивизии рассмотрел дело красноармейца 917 стрелкового полка Кошелева Ивана Михайловича, который родился 14 января 1921 года в г. Калласте Тартуского уезда ЭССР, русский, беспартийный, по профессии шофёр, окончил 5 классов начальной школы, холост, не судим, мобилизован в РККА 28.06.1941 года военным комиссариатом Тартуского уезда, до мобилизации проживал в г. Калласте по месту рождения. Материалами предварительного и судебного следствия установлено, что подсудимый Кошелев в апреле, мае и июне месяцах 1943 года проводил среди военнослужащих контрреволюционную агитацию пораженческого характера и совершил этим преступление, предусмотренное ст. 58.10 ч. 2 УК. Поэтому Военный трибунал, руководствуясь ст.ст. 319 и 320 УПК приговорил Кошелева Ивана Михайловича подвергнуть лишению свободы в исправительных трудлагерях сроком на 8 (восемь) лет с поражением в политических правах сроком на 3 (три) года без конфискации имущества. Срок отбывания наказания исчислить с 24 июня 1943 года. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит."
Кривоглазов Григорий Александрович Родился в 1880 г., д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ.; рыбак, владевший сушильным заводом. Проживал: д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ. Арестован 14 декабря 1919 г. 2-м Особым отделением 15 армии Западного фронта
Приговорен: РВТ 19-й стрелковой дивизии 15-й армии 16 декабря 1919 г., обв.: по политическим мотивам.
Приговор: направлен в концентрационный лагерь до заключения мира с Эстонией. 29.12.1920 г. этим же трибуналом освобожден. Реабилитирован в сентябре 2005 г. Прокуратура г.Москвы
Кривоглазова Евдокия Петровна Родилась в 1892 г., д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ.; прислуга у купца. Проживала: д. Красная гора Причудской волости Юрьевского уезда Лифляндской губ..
Арестована 14 декабря 1919 г. 2-м Особым отделением 15-й армии Западного фронта. 16.12.1919 г. Революционным военным трибуналом 19-й стрелковой дивизии 15-й армии Приговорена: , обв.: по политическим мотивам.
Приговор: направлена в концентрационный лагерь до заключения мира с Эстонией. Реабилитирована в сентябре 2005 г. Прокуратура г.Москвы
Кукин Пётр Ермилович, род. 1916 в Калласте, нач. образование, рыбак, 3 батальон 466 СП 125 СД, арестован 20.09.41,трибунал от 12.10.41 по ст. 58-10 (пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти) , приговорён к расстрелу. В обвинении сказано:" Подсудимый Кукин во время нахождения его в батальоне проводил контрреволюционную агитацию, направленную на дискредитацию Красной Армии и высказывал пораженческие взгляды.Кроме того, принимал участие в составлении плана побега из части, из которой имел намерение совершить побег, но был задержан. На основании вышеизложенного Военный Трибунал приговорил Кукина Петра Ермиловича по совокупности совершённых преступлений и на основании ст. 58-10 УК подвергнуть высшей мере наказания - расстрелу без конфискации имущества за отсутствием такового. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит." Приговор приведён в исполнение 18.10.41.
Кукин Емельян Дмитриевич, 1883 г. р., уроженец м. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, рыбак 5-го ОРСа Окт. ж. д., проживал: г. Петергоф, Красный пр., д. 41, кв. 2. Семья Емельяна Кукина 31.08.23 г. тайно перебралась в СССР. Арестован 25 марта 1938 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 1 октября 1938 г. приговорен по ст. 58-10 УК РСФСР к высшей мере наказания. Обвинение: шпионаж в пользу Эстонии. Расстрелян в г. Ленинград 5 октября 1938 г.
Кукин Феодосий Дмитриевич, 1891 г. р., уроженец м. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, рыбак артели им. 2-й пятилетки, проживал: г. Петергоф, Красный пр., д. 41, кв. 5. В 1923 году семья Феодосия Кукина тайно перебралась в СССР. Арестован 26 марта 1938 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 2 ноября 1938 г. приговорен по ст. 58-6 УК РСФСР к высшей мере наказания. Обвинение: шпионаж в пользу Эстонии. Расстрелян в г. Ленинград 6 ноября 1938 г.
Колбасов Петр Михайлович, родился в 1912 г., Эстония, Юрьевский уезд, д. Красные Горы; русский; маляр. Проживал: Омская обл., Тарский р-н, д. Екатериновка. Арестован 21 августа 1938 г. Приговорен: Тарский окротдел НКВД по Омской обл. 22 мая 1939 г., обв.: по ст. 58-6 УК РСФСР. Приговор: дело прекращено за недоказанностью обвинения.
Лекарев Ефим Лукич, 1877 г. р., уроженец д. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, рыболов ОРСа № 5 Окт. ж. д., проживал: г. Петергоф Лен. обл. Арестован 20 декабря 1937 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 30 декабря 1937 г. приговорен по ст. ст. 17-58-8, 58-10-11 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 2 января 1938 г.
Морель (Скороходова) Энфара Дорофеевна, русская, род.1906 в Калласте, нач. образование,домохозяйка, арестована 07.07.41 в волости Харку в Харьюмаа, решением трибунала от  22.07.41 приговорена по ст. 58-10 часть 1 к смерти. В обвинении сказано:" 15.07.41 г. подсудимая Морель Е.Д. в присутствии краснофлотца Кокорина и Николаева, проводила контрреволюционную агитацию, клеветала на положение трудящихся в СССР, восхваляла капиталистический строй, высказывала террористические намерения в отношении руководителей Сов. государства и граждан, чем совершила преступление, предусмотренное ст. 58-10 и 17-58-8 УК. На основании изложенного Военный Трибунал приговорил Морель Енфару Дорофеевну к высшей мере уголовного наказания - расстрелу с конфискацией имущества".  Смертный приговор был  заменён на 10 лет лагерей и 5 лет поражения в правах. Освобождена из лагеря в 1951 году и отправлена на поселение в Красноярском крае. Полностью освобождена 17.04.56.
Моор Владимир Яковлевич ( Moor Voldemar Jakobi p.) 1900 г.р.,  уроженец хут. Волховщина Гдовского р-на; эстонец; лесник. В начале 1920-х оптировался в Эстонию. Поселился в Калласте, где прожил четыре года (1922 - 1926). 17.04.1926 вместе с женой Альмой тайно перебрался через озеро в СССР. Арестован 4 ноября 1939 г.
Приговорен: ВТ войск НКВД Ленинградского Округа 14 мая 1940 г., обв.: ст.58-6 ч.1 УК РСФСР (шпионаж)
Приговор: 15 лет лишения свободы. Военным Трибуналом войск НКВД Московского округа 5.06.1941 г. по ст. 58-6 ч.1 УК РСФСР - к расстрелу. Реабилитирован 8 апреля 1997 года.
Пузанов Лаврентий Леонтьевич 1891 г. р., уроженец д. Красные горы в Эстонии, жил в г. Пскове, каменщик, арестован в ноябре 1923 г., осужден ОС при ОГПУ 18 июля 1924 г. по ст.66 УК РСФСР на 3 года лишения права проживать в погранзоне. Реабилитирован 17 марта 2003 г.
Пузанов Лаврентий Леонтьевич, 1891 г. р., урож. Лифляндской губ., русский, грамотный, бывший член ВКП(б), кустарь, проживал в г. Новгород. Арестован 25 мая 1932 г. Приговорен к 3 годам концлагерей. Дело прекращено 22 мая 1933 г.
Пузанов Лаврентий Леонтьевич,
1891 г. р., урож. д. Красные Горы Лифляндской губ. (Эстония), русский, грамотный, беспартийный, проживал в г. Новгород. Арестован 21 октября 1937 г. Осужден на 10 лет лагерей.

Подгорный Карп Венедиктович 1900 г.р., уроженец д. Красные горы в Эстонии. В середине 1920-х годов тайно перебрался в СССР. Бухгалтер райтрансторгпита. Проживал в Астрахани.
Приговорен: Особое совещание при НКВД СССР 1 апреля 1938 г., обв.: обвинен в антисоветской агитации.
Приговор: 10 лет. Реабилитирован в 1989 г.

Римша Михаил Михайлович (Michael Wilhelm von Rimscha) 1888  Из прибалтийских дворян, родился в Москве, воевал в составе Северо-Западной армии,  в 1926 - 1928 годах состоял в должности поселкового врача в д. Красные Горы.
На сайте Memoriaal.ee есть следующая информация: Римша Михаил, высшее образование, врач, последнее место работы - волость Кяйна на Хийумаа. Оказал сопротивление при депортации. Убит в своем доме 14.06.1941.
Супруга Александра (1892), дети - Игорь(Курт) (1918), Алексей (Вольдемар) (1922) и Николай (Михкель)(1923) были депортированы с о. Хийумаа в Россию, но освобождены немцами на станции Ягала. Дальнейшая их судьба неизвестна, но по всей видимости, они покинули Эстонию вместе с немецкой армией. Подробнее читайте здесь...
Ратман Андрей Потапович 1921 м\р Калласте, сапожник, летом 1941г. эвакуирован в тыл, окончил Таллиннскую военнуя школу в Славгороде, лейтенант, ком. взвода, последнее место службы  ЭСК 300 СП 283 противотанковый дивизион. Арестован 28.08.43, осуждён 26.02.44 по ст. 58-1б (измена со стороны военного персонала) на 10 лет. Обвинение: "Сдался в плен немцам". В сентябре 1953 года Андрей Ратман вернулся из мест заключения. Проживал в г. Калласте. Был полностью реабилитирован, восстановлен в звании. По воспоминаниям сестры, Андрей Ратман рассказывал, что в неразберихе, царившей под Великими Луками в конце 1942 года, он на несколько часов оказался на территории, занятой немцами. Этого оказалось достаточно, чтобы отдать молодого лейтенанта  под суд. По логике следствия, он, как офицер, должен был покончить жизнь самоубийством, но не сдаться врагу.
Ратман Николай Никифорович 1911 м\р г. Калласте, прож. по ул. Тарту 12, приговорён 07.09.41 к расстрелу. В приговоре сказано: "28 августа 1941 года при чистке оружия Ратман произвёл саморанение кисти левой руки из личного оружия - винтовки. Актом медосвидетельствования и личным признанием Ратман Н.Н. факт саморанения его подтверждается. Из следственного материала усматривается , что членовредительство Ратман произвёл с целью уклонения от службы в действующей Красной армии. На основании постановления Государственного Совета Обороны СССР от 02.08.41 Ратман Николая Никифоровича, как членовредителя - расстрелять. Приговор привести в исполнение перед строем 466 СП, 125 СД"
Скороходов Андрей Иванович, род. 01.09.05 в Калласте, арестован 13.03.45 в Калласте, Кирику 17, трибунал от 14.12.45, ст. 58-1а, 58-11, осуждён на 10 лет, с поражением в правах на 3 года, с конфискацией всего ему лично принадлежащего имущества. Отбывал наказание в Иркутской обл., Озёрлаг, освобождён 22.11.54. В приговоре сказано:" Подсудимый Скороходов, проживая на временно оккупированной немцами территории Эстонской ССР, в августе месяце 1941 года вступил в военно-фашистское формирование "Омакайтсе", членом которого состоял до 1943 года. Являясь членом "Омакайтсе", Скороходов в августе месяце 1941 года в течении 18 дней служил курьером при самоуправлении в г. Калласте. В этот период времени два раза конвоировал арестованных советских граждан из городского самоуправления в арестное помещение, неоднократно расклеивал в городе приказы немецкого командования и один раз ходил на облаву красноармейцев, отставших от своих частей, производимую членами "Омакайтсе" в лесу Рейномяги. Своими действиями Скороходов совершил преступления, предусмотренные ст.ст. 58 - 1а и 58 - 11 УК РСФСР."

Скороходов Павел Тихонович, род. 1911 в Калласте, нач. образование, столяр, арестован 08.09.41 по месту службы в 3 бат. 466 СП 125 СД, трибунал 12.10.41 ст. 58-10, смертная казнь.
В обвинительном приговоре сказано:" Материалами предварительного и судебного следствия установлено, что подсудимые Скороходов и Кукин с бойцами истребительного батальона находились в одной части, из которой решили совершить побег по ранее разработанному ими плану.Скороходов, зная, что ряд красноармейцев покинули часть, 5 сентября 1941 года, во время перехода батальона на новый рубеж, совершил побег, т.е. совершил преступление, предусмотренное 190-22 УК РСФСР. Поэтому , руководствуясь ст. 319 и 320 УК РСФСР, Военный Трибунал приговорил Скороходова Павла Тихоновича к высшей мере наказания - расстрелу без конфискации имущества за отсутствием такового. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит". Приговор приведён в исполнение 18.10.41.
Сомпан (Свинкова) Клавдия Степановна, род. 1909 в Калласте, 3 кл.,домохозяйка, арестована 07.07.41 в Таллинн-Нымме, Харку 29-1, трибунал от 22.07.41 по ст. 58-10 часть 1, 10 лет заключения и 5 лет поражения в правах. Контрреволюционная агитация. В обвинении сказано:" 15.07.41 г. подсудимая Сомпан К.С. в присутствии краснофлотца Кокорина и Николаева проводила антисоветскую агитацию, клеветала на положение трудящихся в СССР, пыталась дискредитировать сов. правительство, его мероприятия и Кр. Армию, чем совершила преступление, предусмотренное ст. 58-10 ч.1 УК РСФСР. На основании изложенного Военный Трибунал приговорил Сомпан Клавдию Степановну лишить свободы сроком на 10 лет с отбыванием в ИТЛ, с последующим поражением в правах сроком на 5 лет, начиная с 7.07.41"
Транжиров Ермолай Михайлович, род. 1920 в Калласте, место жительства там же, 4 класса, каменщик, арестован 20.03.57, трибунал 25.07.58 № 58-1б, осуждён на 10 лет с поражением в правах на 3 года. Дубравлаг Мордовская АССР. Умер 24.07.65. Служба в немецкой армии.
Транжиров Яков Михайлович, род. 1922 в д. Казепяя, м\ж Калласте, призван Челябинским ГВК, 790 стройбат, приговорён 14.08.43 к 10 годам лишения свободы в ИТЛ без поражения в правах и конфискации имущества.


Тюриков Афанасий Васильевич, 1909 г. р., место рождения: д. Красные Горы, Эстония, русский, беспартийный, без определенного места жительства и занятий, бомж. Арестован 28.06.1937 г. Тройкой НКВД Карельской АССР от 07.08.1937 г. осужден в рамках приказа 00447 на срок 10 лет. Сведений о реабилитации нет. По всей видимости, Афанасий Тюриков был мобилизован из мест заключения на фронт. В наградном листе от 16.06.1945 г. читаем: "Тюриков Афанасий Васильевич, красноармеец, повозочный управления 1 дивизиона 928 артиллерийского полка награждён медалью "За оборону Советского Заполярья".
Тюриков Гурьян Яковлевич, родился в 1904 г., Эстония, Юрьевский у., г. Калласте; русский; рыбак, Камско-Устьинская артель рыбаков. Проживал: Спасский р-н, с.Христофоровка. Арестован 6 декабря 1941 г. Приговорен: Особым совещанием НКВД СССР 23 мая 1942 г., обв.: 58-10 ч.2. ("систематическая пораженческая агитация, восхваление фашистов, агитация против сбора теплых вещей для фронта").
Приговор: 5 лет ИТЛ (Воркутпечлаг). Реабилитирован 25 июля 1989 г. После освобождения вернулся в Эстонию. Скончался в 1977 году.

Уланов Силуан Фёдорович, род. в 1908 году  в Калласте. 3 октября 1938 года вместе с Кукиным Иосифом бежал через Чудское озеро в СССР. Во время  допросов признал себя эстонским шпионом. На суде отказался от прежних показаний, настаивая на сугубо экономической причине побега. Военный трибунал Ленинградского военного округа приговорил Уланова Силуана к 10 годам заключения в лагере. Военная коллегия Верховного суда СССР не нашла в действиях осуждённого шпионажа в пользу иностранного государства и снизила срок заключения до 3-х лет ИТЛ за незаконное пересечение границы. Дальнейшая судьба Уланова Силуана мне не известна.

Кукин Иосиф Фокич, род. в Калласте в 1918 году. 3 октября 1938 года вместе с Улановым Силуаном  бежал через Чудское озеро в СССР. Во время допросов  признал себя эстонским шпионом. На суде отказался от прежних показаний, настаивая на сугубо экономической причине побега. Военный трибунал Ленинградского военного округа приговорил Кукина Иосифа к 10 годам заключения в лагере. Военная коллегия Верховного суда СССР не нашла в действиях осуждённого шпионажа в пользу иностранного государства и снизила срок заключения до 3-х лет ИТЛ за незаконное пересечение границы. В 1940-м из России пришло письмо, где заключённый сообщал родным, что они его теперь не узнают. Иосиф Кукин скончался 6 июля 1942 года в возрасте 24 лет в д. Лесная, на территории 5 лагпункта Вятлага НКВД СССР.

Феклистов Григорий Антонович, род. в 1898 г. в Калласте, образование 4 кл., рыбак, арестован 02.05.45 в Таллинне, Копли 27, ст. 58 – 1а, освобождён во время предвар. следствия, обвинение в сотрудничестве с немцами.


Феклистов Зинон Иванович, род. в 1917 г. в Калласте, образование 4 кл.,портной, мобилизован в Кр. армию 27.07.41, Архангельская обл., стройбат, затем ЭСК. Арестован 06.11.43, трибунал 30.12.43 ст. 58–10 часть 2, осуждён на 7 лет с поражением в правах на 3 года. Обвинён в антисоветской агитации. По другим сведениям, был добровольцем первого  истребительного батальона и пропал без вести в декабре 1942 года.




Хонга (Honga) Зоя Тимофеевна (в девичестве Долгошева) родилась в Калласте в 1905 году, жена офицера пограничной службы  Владимира Хонга (расстрелян 24.04.1942 г. в Свердловске). Выслана на поселение после ареста мужа: Томская обл.,Васюганский район, посёлок Майский. Освобождена 10.07.1956 г. По возвращении в Эстонию проживала в Калласте.




HONGA, Vladimir, Toomas 11.11.1891 Харьюмаа волость Кейла, таможенный служащий, пограничник. В 1923 - 1928 годах проживал в Калласте. Арестован в Нарве ул. Пости 51-3, Особое совещание от 04.03.1942 по ст. 58 - 4: смерный приговор. В заключении в Свердловской области, Севураллаг. Обвинение: царский и эстонский офицер, член Кайтселийт. Расстрелян 24.04.42 в Свердловске.
Шлендухов Яков Алексеевич, 1889 г. р., уроженец д. Красные Горы Юрьевского у. Лифляндской губ., русский, беспартийный, перебежчик из Эстонии, печник, проживал: г. Ленинград, Озерки, Десятинная ул., д. 33, кв. 2. Арестован 11 марта 1938 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 16 октября 1938 г. Приговорен по ст. 58-6 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 22 октября 1938 г. Возможное место погребения - Левашовское мемориальное кладбище. Яков Алексеевич Шлендухов тайно перебрался из Эстонии в СССР в ноябре 1923 года вместе с женой Анной Степановной (1898) и детьми Демидом (1917) и  Степанидой (1915).

На главную                                 Советские репрессии ( продолжение)

Немного истории...

Из серии "Красногорские страсти"

Любовный треугольник




«Фотенья Федотовна, пишу по откровенности, что надеюсь более предать Вам счастия, чем имеете теперь при Вами обожаемых кавалерах. Более всего, которые чухонцев поклонники. Хотя пока ещё Вы со мною не знакомы, то и сказать ничего не можете, а познакомитесь – всё увидите. Остаюсь к Вам в совершенном почтении Вас обожающий, и ожидаю с надеждой Вашего ответа, которым почтите меня так же Вашим кавалером и поклонником Вашего девичества и поставите первым другом Вашей молодой жизни. Известный Вам Коля Кроманов."
«Госпожа Кудряшова!
Уважаемая Фотенья Федотовна!  Имею честь представиться быть вашим кавалером. К уважению желаю Вам предложить иметь мою фотографическую карточку и осмеливаюсь я Вас просить без критических речей, не можете ли избрать свободное Вам время от прочих дел и написать мне ответ и упомянуть о свободном для Вас часе для предлога моего и услуге на личное свидание у Вас или ваших соседей. У меня тайно знакомый в Кольках один Яков Гречин. По Вашему ответу я везде буду Вам в услугах. Фотенья Федотовна, прошу я Вас принять  мой предлог даже до пожатия руки и быть Вам как завсегда честной барышней и осчастливить меня от  Вас также фотографической карточкой, которую я бы принял как высшее существо и хранил бы между белою грудью и раненым сердцем.  В немедленном ожидании Вашего ответа  остаюсь весь Вас обожающий слуга Николай Кроманов.»
«Госпожа Кудряшова,  Милостливая Государыня Фотенья Федотовна! Прошу я Вас, не можете ли Вы потрудиться и написать мне ответик, почему Вы так спесивы на мои просьбы. Хотя я Вам и предложил свою фотокарточку, но не знаю, куда Вы её подевали. Нежели Вам она не по нраву, то прошу обратить её взад. Я замечаю, что Вы обожаете таких людей, которые над Вами могут более небылиц говорить, и Вы их поддерживаете. Фотенья Федотовна, прошу поставить сие письмо во внимание, потому что я желаю не зла, а всего для Вас хорошего, только не ошибитесь! Фотенья Федотовна, ответьте на сие письмо знакомством с Вами или Вашей карточкой или же мою обратно пришлите.  Только я надеюсь, что Вы как благородная барышня не отстранитесь от моего предложения и исполните моё желание, не обращая на прочих никакого внимания и пришлёте Ваше знакомство в знак неожиданного подарка!!!»
«Господину Кудряшову Федоту Ивановичу
Честь имею поздравить Вас с высокоторжественным праздником Рождества Христова и с днём Нового года. Желаю Вам оный встретить и провести в радости и веселье весь текущий год и будущий! Только позволю я Вам выразить, хотя может быть поставите мне это в грубость, за что прошу извинить, в следующем:  я слышал, что будто бы Ваша прекрасная дочь наречена Вами для господина Долгошева в невесты. Но это не даёт жениху такого права, чтобы он немедленно брал её замуж. Она шлёт ему еженедельно по два письма и больше, которые Долгошев разносит и хвастается по деревне, что ему пишет госпожа Кудряшова и добавляет, что «она мне вовсе не невеста, а только блядь для развлечения скучного времени, так как у меня есть две «нагайки» - одна в Кольках, другая в Красных Горах. Днём я  у Мошаровой, ночью у Кудряшовой, так что они не дают мне покою и позволяют любить как я желаю!» Позвольте г. Кудряшов сказать, неужели Вы до такой степени себя доводите и свою дочь тоже, чтобы такой паршивый мальчишка, как Тимофей Долгошев над  Вами посмеялся. Так же и позволяете своей дочери вступать в такую наглость и глупость, но я про Долгошева ничего лучшего не слыхал, кроме как пьяница, картёжник и блядун, который проболел  без малого всё лето девичьей болезнью и надо полагать останется неизлечимым. Окроме того, что Долгошев  имеет чин вора, который украл 370 рублей и шины, ломы и молоты, про которые ещё никто не знает, про которого если бы узнали помещики, то не то что в имениях не дали бы работать, но на полдвора не позволили бы мимо проехать. Только и ремесло у него,  чтобы маскироваться и в гармонь невесту веселить. Поприпомните, будет Вашей дочери от Долгошева. Прошу предостеречься от такой пакости.  Я бы ещё много что сказал, но теперь окончу, а в случае, если увижу лично, то доложу. Заметьте, г. Кудряшов, что я не от своего ума говорю, а что от людей слышал. Так и ты мой совет скрой, который я тебе сейчас пишу. Остаюсь твой тайный друг …»
«Его Высокородию г. Мировому Судье мещанина Тимофея Алексеевича Долгошева, жительствующего в д. Красные Горы, по обвинению мещанина Кроманова Николая Петровича, жительствующего в д. Красные Горы, в клевете, жалоба:
Из прилагаемого при сём письма, начинающегося словами: «Господин Кудряшов Федот Иванович, имею честь поздравить Вас и т.д.» и оканчивающегося словами: «остаюсь твой тайный друг  Ю.Ю.» усматривается  с полной очевидностью, что содержание его чисто клеветническое и клевета направлена против меня, Тимофея Долгошева, поименованного в письме и состоящего женихом дочери г. Кудряшова, к которому, как к отцу невесты, и адресовано это письмо. Особенно поражают своим клеветническим  ядом следующие места письма: «и хвастает Долгошев по деревне, что ему пишет г-жа Кудряшева и добавляет он, что она мне вовсе не невеста, а только блядь для развлечения скучного времени и т.п.», далее - «но я про него ничего лучшего не слышал, как пьяница, картёжник и блядун, который проболел без малого всё лето «девичьей» болезнью и предположительно останется неизлечимым, кроме того ещё имеет чин вора, который украл 370 рублей и шины, ломы и молоты, про которые ещё никто не знает». Означенное клеветническое письмо поручил написать некто Николай Петрович  Кроманов Ивану Феклистову, которому изложил всё содержание письма. По написании письмо было послано отцу моей невесты - старику Кудряшову. Это письмо за неграмотностью старика, прочитали его дети - Василий и Никифор Кудряшовы. Имея в виду, что в деянии Николая Кроманова заключаются все признаки клеветы, а согласно закону отвечает за клевету тот, кто поручил кому-либо написать или иным образом распространить обвинение кого-либо в деянии, противном правилам чести, покорнейше прошу Ваше Высокородие привлечь мещанина Николая Кроманова за клевету на письме и наказать его в высшей мере ввиду такого ужасного содержания письма клеветника. В качестве свидетелей прошу вызвать следующих лиц: Ивана Лукича Феклистова, жительствующего в д. Красные Горы, рукой которого написано письмо, Василия и Никифора Кудряшовых, получивших это письмо, жительствующих в д. Кольки и Корнелия Петровича Журавлёва, жит. в д. Красные Горы.»
«1896 года декабря 2 дня Мировой Судья рассмотрел в открытом заседании уголовное дело по обвинению Тимофеем Долгошевым  Николая Кроманова в клевете. Обстоятельства дела следующие: 7 июля сего года Тимофей Долгошев подал прошение, в котором изложил, что житель  д. Красные Горы Николай Кроманов поручил Ивану Феклистову написать письмо, в котором был  он, Долгошев, оклеветан. Письмо это было отправлено Кудряшову, отцу невесты Долгошева и потому Долгошев ппосит привлечь Кроманова к ответственности. В подтверждение обвинения Долгошев сослался на свидетелей и представил письмо.  В заседании 16 сентября сего года обвинитель Тимофей Долгошев поддерживает обвинение Николая Кроманова в клевете в письме, которое по поручению Кроманова написал Иван Феклистов. Поверенный обвиняемого, Иван Муравлёв,  не признал своего доверителя виновным и объяснил, что Кроманов не писал означенного письма и не поручал его писать Ивану Феклистову. Свидетель Василий Кудряшов: предъявленное письмо получил по почте отец свидетеля и поручил свидетелю прочитать его, кто писал – не знает, рука не Кроманова, но выражения, которые употреблены в письме,  даёт основание полагать, что письмо написано по поручению Кроманова, последний употребляет такие выражения ранее в письмах к свидетелю и его сестре. Чьей рукой написано это письмо – не знает. Письмо было получено, когда Долгошев женился на сестре свидетеля. Свидетель Корнелий Журавлёв: в марте или апреле Василий Кудряшов показывал ему письмо относительно Долгошева, то самое, которое ему предъявляется, ему говорили, что письмо получено по почте, кто писал и чья рука – не знает, по выражениям в письме он думает, что письмо писано от Кроманова, потому что последний и раньше писал своей рукой письма дочери Кудряшова и в них посрамлял Долгошева. Чьей рукой написано это письмо – не знает»
Свидетель Иван Феклистов показал, что Кроманов ему никакого письма не поручал писать, предъявленного ему письма он не писал. Обвинитель Долгошев предъявляет два других письма, написанные по его словам, рукой Феклистова, свидетель Иван Феклистов  на это объяснил, что те два письма написал в пьяном виде, другого ничего не писал, а Долгошев обещал ему платить в показании против Кроманова. Поверенный обвиняемого объяснил, что обвинение не доказано, неизвестно когда написано письмо, просил доверителя оправдать и жалобу признать недобросовестной. Рассмотрев настоящее дело Мировой Судья нашёл обвинение недоказанным, так как ничем не установлено, что письмо писано по поручению Кроманова, ходатайство Долгошева о допросе свидетелей Николая Будашева, Фёдора Глуховецкого, Василия Феклистова, Лизу Калласте, Йосепа Калласте и Амоса Скороходова не заслуживающим уважения, так свидетели должны удостоверить обстоятельство, не имеющее в деле значения (тот факт, что Кроманов поручил Феклистову написать два письма к Фотенье Кудряшовой, представленные Долгошевым, прим. автора) и потому приговорил: мещанина Николая Кроманова, жительствующего  в д. Красные Горы, за недоказанностью обвинения признать по этому делу оправданным».
«Мещанина Тимофея Долгошева, жительствующего в Красных Горах Алатскивской волости, апелляционная жалоба: Приговор Мирового судьи от 5 декабря 1896 года, коим Николай Кроманов признан оправданным по суду, я нахожу неправильным по следующим обстоятельствам: Николай Кроманов в своё время усиленно ухаживал за Фотеньей Федотовной Кудряшовой, на которой я впоследствии женился, ещё до свадьбы Кроманов часто писал Фотенье и в некоторых письмах старался оклеветать меня и наплести разные небылицы. Когда же я женился, он поручил Ивану Феклистову, человеку совершенно бедному, за деньги на всё готовому, написать письмо клеветнического содержания и таковое по почте послал моему тестю Федоту Кудряшову. Я уверен, что Феклистов  ныне за деньги, полученные от Кроманова, отказывается от участия  своего в написании письма, а быть может и из боязни быть наказанным. Для выяснения виновности в этом деле Кроманова, которая должна быть доказана для восстановления моей чести, я прошу:
1. Произвести экспертизу несомненного почерка Феклистова с почерком, коим писано анонимное письмо.
2. Подвергнуть Феклистова допросу под присягою.
3. Сравнить слог анонимного письма со слогом двух писем Кроманова на имя Фотеньи Кудряшовой, которые мною будут представлены ко дню заседания.
4. Допросить моих свидетелей, в допросах коих мне отказал Мировой судья: Николая Будашева, Фёдора Глуховецкого, Василия Феклистова, Йосепа Калласте и Амоса Скороходова, жительствующих в Красных Горах, первых трёх в подтверждении того, что им Феклистов сам признавался, что письмо писано им по просьбе Кроманова, а последних трёх в подтверждении того, что письмо писано Феклистовым. Ввиду сего покорнейше прошу удовлетворить моё ходатайство, обжалованный приговор отменить и признать Николая Кроманова виновным в клевете в письме.»
Из материалов дела: «Свидетели показали, что Иван Феклистов  писал два письма при них  и читал им черновик, а Йосеп Калласте подтвердил, что ему сам Кроманов говорил, что поручил Ивану Феклистову написать постыдное письмо на Долгошева  отцу женщины, на которой впоследствии женился Тимофей Долгошев. Эксперт Барт показал, что все предъявленные ему письма написаны одной и той же рукой.»
«1897 года октября 28 дня Съезд Мировых Судей Юрьево-Верроского округа, рассмотрев все обстоятельства настоящего дела, выслушав показания свидетелей и заключение Товарища Прокурора, полагавшего приговор Мирового судьи отменить и признать Кроманова виновным, Мировой Съезд нашёл, что виновность Кроманова доказана показаниями свидетелей Николая Будашева и Йосепа Калласте, а также показаниями эксперта Барта, и ввиду того, что обвиняемый раньше ухаживал за дочерью Кудряшова и питал злобу к Долгашеву за женитьбу его на дочери Кудряшова, что показания Ивана Феклистова, будто бы письмо писано по злобе его, свидетеля, на Долгошева  без поручения обвиняемого Кроманова, не внушает доверия, так как Феклистов не мог объяснить даже, почему он имел злобу на Долгошева, а потому
Подведём итоги. Загадочная  Фотенья Федотовна Кудряшова разбила сердце красногорскому парню Николаю  Кроманову. Несмотря на душещипательные письма и «фотографическую карточку» влюблённого, она  не ответила ему взаимностью. Снедаемый ревностью и жаждой мести отвергнутый ухажёр наносит  изощрённый удар своему более удачливому сопернику - Тимофею Долгошеву. Однако, ревность - плохой советчик. Как быстро в письмах «вас обожающего  слуги»  надрыв и мольба сменяются низкопробными оскорблениями! Прямо-таки с иезуитским  наслаждением, смакуя каждое слово, перемежая высокопарный слог площадной бранью,  серцеед пишет письмо отцу  отвергнувшей его девушки. Поступок прямо скажем не рыцарский.  Достойно проигрывать  мой односельчанин  явно не умел. За что и поплатился месяцем тюрьмы. Вызывает удивление возвышенный стиль послания и нетипичные для деревенской жизни того времени обороты речи.  Николай Кроманов явно был человеком начитанным и неглупым.  К услугам стеснённого в средствах Ивана Феклистова  он прибегнул не по неграмотности, а в целях, так сказать, конспирации. Судя по настойчивости, с какой  Тимофей Долгошев  добивался  обвинительного приговора для своего соперника, это было для него делом  чести. Ещё бы! Самозваный ухажёр оскорбил не столько его, сколько его бывшую невесту и нынешнюю жену – Фотенью Кудряшову.  Можно было, конечно, дать клеветнику по морде, но тогда всё могло обернуться против самого  же Долгошева. Последний  может и не прочь был разобраться с Кромановым «по мужски», но думаю его остудила молодая жена, из-за которой и разгорелся весь этот сыр-бор.  Мне лично  Николая  Петровича  Кроманова  нисколько не жалко. Наказание своё он вполне заслужил.
Тимофей Алексеевич Долгошев (1872 – 1956) прожил с Фотеньей Федотовной Кудряшовой долгую и надеюсь счастливую жизнь. Супруги произвели на свет 6-х детей: дочерей Антонину (1901), Зою (1905), Елизавету(1913) и Зинаиду (1914), сыновей Александра (1907) и Григория (1916).
Тимофею Долгошеву принадлежал в Калласте дом, где до войны размещался ресторан.

Кроманов Николай Петрович (1865) был женат дважды. От первого брака  в 1898 году у него родится сын  Ерм - отец будущего знаменитого эстонского кинорежиссёра Григория Кроманова. Вторая жена, Зинаида Константиновна, подарит мужу  дочь Марию (1905) и сына Петра (1906). Кромановы занимались торговлей и держали в Калласте магазин.
Такая вот история...


Из серии «Красногорский криминал»
На углу Новой и Луговой…
«Обстоятельства дела:
7 февраля 1911 года крестьянин Юрий Кукк, приехав в город Юрьев, повстречал на рыбном рынке своего знакомого, уроженца д. Красные Горы, Афанасия Колбасова. Последний пригласил Кукка в чайную «Якорь» и стал угощать его чаем и водкой. Кукк быстро охмелел, а когда собрался, после 3-х часов дня, уезжать к себе домой, то был настолько пьян, что не мог держаться на ногах. Видя это, Колбасов обещал проводить Кукка домой и, посадив Кукка в сани, поехал вместе с ним по направлению к имению «Вейбри». Спустя час после отъезда Колбасов возвратился в чайную «Якорь» и заявил: «чёртов человек протрезвел, вовсе и пьян не был и уехал домой». Между тем Кукк поехал домой один и когда приехал в имение «Вейбри» был настолько ещё пьян, что не мог ничего объяснить. Встретившая Кукка жена его, Лиза Кукк, обратила при этом внимание, что пальто и пиджак у мужа оказались расстёгнутыми, а жилет был застёгнут только на две пуговицы. Когда на другой день Кукк протрезвел, то обнаружил, что у него из бокового внутреннего кармана жилета оказался похищенным кошелёк с 90 рублями, а из бокового внутреннего кармана пиджака – паспорт. О краже денег и паспорта Кукк сделал заявление в Юрьевское сыскное отделение, причём надзиратель названного отделения Эдуард Сернов при производстве дознания допросом свидетелей и очевидцев установил, что в то время, когда Кукк проезжал на санях с Афанасием Колбасовым и ещё другим каким-то неизвестным лицом, последние двое на углу Новой и Луговой улицы вытащили у Кукка кошелёк с деньгами и, взяв себе деньги, сунули кошелёк обратно Кукку. При произведённом вслед за этим обыске у Колбасова был найден кошелёк со 101 рублём 97 коп. денег. Допрошенный на предварительном следствии в качестве свидетеля Афанасий Колбасов виновным себя в краже кошелька и  паспорта, совершённой по предварительному сговору с другим лицом, не признал и объяснил, что он, действительно, был с Кукком в чайной, а когда Кукк уехал, он подсел к нему в сани. Проехав незначительное расстояние, он соскочил с саней и вернулся обратно в чайную, потратив на отлучку не более 5 минут. Кражи он не совершал и почему его обвиняет Кукк, не знает. Установить личность неизвестного, совершившего вместе с Колбасовым настоящую кражу, не представляется возможным. На основании изложенного мещанин г. Юрьева, уроженец д. Красные Горы, Афанасий Семёновис Колбасов, 20 лет, обвиняется в краже 7 февраля 1911 года у крестьянина Юрия Кукка кошелька с 90 рублями и принадлежащего Кукку паспорта.»
Юрий Кукк (Juri Kukk):
«7 февраля 1911 года я был в Юрьеве по делам. На рыбном рынке встретил знакомого своего Колбасова и по его предложению зашёл в чайную «Якорь». Мы выпили с Колбасовым лишь одну сороковку водки и я после этого так сильно опьянел, что меня дома поили молоком и я долгое время не мог прийти в себя. Угощал меня Колбасов. Такое сильное опьянение представляется мне странным и я даже допускаю возможность, что Колбасов что-либо прибавлял к водке, ибо, обыкновенно после распития не только одной, но двух и более сороковок, я себя ещё не чувствовал пьяным. Мы с Колбасовым всегда были в хороших отношениях и я никогда и подумать не мог, что Колбасов когда-либо обкрадёт меня. Я ему иногда давал деньги взаймы и в указанный день я попросил возвращения данных ему взаймы денег, но Колбасов заявил, что денег не имеет и вернёт мне долг в следующий раз. Колбасову хорошо было известно, что я постоянно при себе имею деньги. Моим паспортом Колбасов воспользоваться не мог, ибо, помимо того, что он был просрочен, ещё по возрасту между мною и Колбасовым большая разница. Подсудимый Колбасов был в зелёной куртке и чёрной меховой шапке.»
Лиза Куук (Liisa Kukk):
«Мой муж вернулся домой настолько пьяным, что не мог стоять на ногах и он пришёл в себя лишь на следующее утро. Случалось раньше, что он изредка выпивал, но в состоянии такого опьянения, как в этот раз, я его ещё ни разу не видела. Внутренний карман жилета был вывернут. По моему мнению, кошелёк из кармана сам выпасть не мог.»
Август Тийман (August Tiiman), 10 лет, грамотен, проживает на Луговой улице д. 8:
« В этот день в послеобеденное время я был с друзьями на улице и увидел, что из города выехали три человека в санях, запряжённых белой лошадью и остановились на углу Новой и Луговой. В санях лежал крестьянин, по видимому вовсе пьяный, а по бокам сидели два молодых человека. Один из них вынул у пьяного, как мне показалось из внутреннего кармана пиджака, большой кошелёк и достал оттуда бумажные деньги. Деньги он спрятал к себе в карман, а кошелёк положил куда-то в сани, сказав при этом другому молодому по-русски: «сорок». Затем все трое поехали далее из города. Более я их не видел. Могу опознать того, который деньги вынимал, а другого молодого человека опознать не могу, так как он стоял ко мне спиной. Когда один из них вынимал у пьяного деньги, то на улице люди (не знаю, кто такие) говорили между собой, что это Колбасов.  Я Колбасова по фамилии не знаю. Видел я взятие денег шагов с 80-ти.»
Полицейский надзиратель Эдуард Сернов:
«Доподлинно установлено, что в тот роковой день Юрий Кукк уехал вместе с Колбасовым, причём был совершенно пьян. Колбасова я в день, когда Кукк подал заявление, не нашёл и узнал лишь, что он уехал на ярмарку в Валга. Знал я Колбасова прежде как человека самого плохого, неоднократно он подозревался в разных кражах, но выпутывался благодаря ловкости и наглости. Человек он нечестный и отчаянный, его боятся, он обладает изрядной физической силой и запугивает людей. По возвращении Колбасова в Юрьев, он был задержан нами на вокзале. Момент похищения Колбасовым денег у Кукка видели три мальчика. Один из них сказал, что может положительно удостоверить, что один из грабителей был Колбасов, так как знает его в лицо. При этом дети добавили, что хорошо, что Колбасов посажен и что плохо бы пришлось выдавшим Колбасова, если бы он узнал, кем был выдан и оказался на свободе.»

Наказание неотвратимо...
От автора: Что тут скажешь! Шустрый молодой человек, ранее уже имевший проблемы с законом, ловко перемежал бизнес с криминалом. На похищенные у Юрия Кукка деньги он прикупил на ярмарке в Валга лошадь, которую успел выгодно перепродать ещё до ареста.  Родную деревню Афанасий Колбасов (1891) покинул за пару лет до вышеописанной истории и, судя по всему, более туда не вернулся. По крайней мере, в списках жителей Калласте за 1919 – 1932 годы он не значится. Здесь в этот период проживал лишь его родной брат – Фока Семёнович Колбасов с супругой.
Сомнений в виновности моего односельчанина у следователей не возникло. Странно, конечно, что столь матёрый и удачливый воришка прокололся на таком пустяке. Неужели нельзя было чуток подождать и провернуть «операцию» в более безлюдном месте. Или аферист был уверен, что на него никто не посмеет донести. Судя по устрашающей характеристики из полиции он имел полное право так думать. Решение обчистить своего вчерашнего дружка у молодого сорвиголовы возникло отнюдь не спонтанно. Вряд ли «неподъёмное» состояние Юрия Кукка после всего одной бутылки водки было случайным. Колбасов в напитки явно что-то подмешал. А это значит, что он готовился к грабежу основательно  и скорее всего всё продумал заранее, включая возвращение в чайную и прелюдное сетование, что «чёртов человек протрезвел». Уж очень это похоже на  спланированное алиби. О дальнейшей судьбе уроженца Красных Гор и юрьевского мещанина Афанасия Семёновича Колбасова мне пока ничего не известно. Однако, судя по уголовным делам, заведённым на него в последующие годы ( в Госархиве их с добрый десяток), с криминального пути мой односельчанин сойти уже не смог. Такая вот история…


Из серии «Красногорские курьёзы»
Не гофманские капли…
«По обвинительному акту прокурорского надзора провизор Аксель Петрович  Аустер, 36 лет, предан суду Рижского окружного суда по обвинению в том, что состоя владельцем и управляющим аптекой в селении Красные Горы Кокорской волости, 16 августа 1909 года продал крестьянину Ивану Пахурину, а в ноябре месяце крестьянину Луке Кривоглазову без рецепта врача жидкости, оказавшиеся при исследовании произвольными смесями серного эфира со спиртом, разрешёнными законом в ручную продажу лишь по рецепту врача. На судебном следствии защитник подсудимого, присяжный поверенный Червонецкий, не признал виновным своего доверителя. Выслушав  прения сторон Окружной Суд находит, что по удостоверению свидетелей – Петра Тамма, Ивана Пахурина и Василия Колбасова, содержатель аптеки в селении Красные Горы провизор Аксель Аустер без рецепта врачей продаёт в своей аптеке ликву (смесь эфира со спиртом, прим. автора) в каком угодно количестве и что по поручению урядника Тамма свидетель Пахурин купил этой жидкости на 10 копеек и передал её этому уряднику, а засим тот же урядник Тамм поручил крестьянину Луке Кривоглазову купить той же жидкости на 20 копеек, что тот и исполнил. Также из протокола производства химического исследования жидкостей, купленных Пахуриным и Кривоглазовым  и переданных ими  уряднику Тамму и по заключению эксперта - уездного врача Харитоновского, видно, что спирта и эфира  в обоих склянках было взято в произвольном количестве и смеси эти безусловно не разрешены в ручную продажу, а могут быть отпущены только по рецепту врачей, что смеси эти не гофманские капли, так как последние состоят из смеси в строго определённой пропорции эфира и спирта и что, наконец, смесь эта безусловно вредна, так как так сильно возбуждает сердечную деятельность потребителей. В представленных суду склянках соотношение эфира и спирта было, в одной- 22% эфира и 78% спирта, в другой – 14% эфира и 86% спирта. В виду таких данных Суд признаёт обвинение провизора Аустера  в совершении описанного преступного деяния доказанным и его, Аустера, виновным в предъявленном ему обвинении и посему назначает ему наказание в виде денежного взыскания в размере 10 рублей, а при несостоятельности его, Аустера, арестом при тюрьме на два дня, с  возложением на него же уплаты судебных по делу издержек, каковые издержки при несостоятельности Аустера должны быть приняты на счёт казны. Вещественные доказательства - две склянки с жидкостями, должны быть уничтожены.»

Аксель Аустер: «Если я продавал Ивану Пахурину и Луке Кривоглазову какую-либо жидкость, то это были гофманские капли, разрешённые в ручную продажу, произвольной смеси эфира со спиртом без рецепта врача я не отпускаю, а потому допускаю возможность, что Пахурин и Кривоглазов, купив у меня в аптеке гофманские капли, подлили в таковые спирт, отчего соотношение частей спирта и эфира было нарушено. Сделать это они могли по уговору урядника Тамма, который на меня, Аустера, сердит.»
Свидетель Иван Пахурин: «Мы покупали ликву у Аустера в складчину, на целую артель, складывая по пятачкам.  Мы покупали эту смесь вместо водки, так как  она действует сильнее водки. Я купил бутылочку по поручения урядника Тамма, которую он  моём присутствии запечатал сургучной печатью».
Аксель Генрих Карл  Аустер (Axel Heinrich Carl Auster) (1874) до появления в нашей деревне успел закончить курсы аптекарского ученика в Пярну, затем сдал экзамены на звание помощника фармацевта  при Московском университете, а по возвращении в родные края поступил вольнослушателем на медфак Юрьевского университета.
Какими ветрами его занесло в Красные Горы, мне не ведомо, но тот факт, что он числился  владельцем местной аптеки, говорит о вполне успешной карьере начинающего провизора. По-человечески Аустера понять можно.  Спрос, как известно,  рождает предложение. 36-летний аптекарь не смог устоять перед соблазном подзаработать  путём продажи спиртосодержащих жидкостей поклонникам зелёного змия, каковых в деревне было не счесть.  На полноценные лекарства красногорцы раскошеливались  куда менее охотно, нежели на сильнодействующие смеси, повышающие градус ощущений. Урядник  Тамм, как представитель власти не мог закрыть глаза на столь откровенное нарушение закона. В российской империи действовала госмонополия на торговлю водкой и подрывать её никому не было позволено.  Похоже, Пахурин с Кривоглазовым были у местного полицейского на «коротком поводке»  за какие-то грешки, иначе как объяснить,  почему они так легко согласились  сдать аптекаря, который относился к местным выпивохам, что называется, со всей душой. Думаю, штраф в 10 рублей был для Аустера не смертелен, но на какое-то время отбил у него желание шутить с законом.

О личной жизни провинившегося красногорского аптекаря мне известно немного. Аксель Аустер принял участие в Освободительной войне в ранге военфельдшера, получил офицерское звание. В 1930-м году был уволен в запас по старости лет.  В 1913 году он похоронил свою трёхлетняю дочь Марию (Senta Elisabeth Marie Auster (1910 – 1913), а четырьмя годами позже, в возрасте 42-х лет, умерла  жена Лючия (Lucie Hedwig Elisabeth Auster (Hardwick)(1875 - 1917). Такая вот история…














На главную                                             Немного истории (продолжение)

Что новенького?

06.08 Колоритный  документ. Он не имеет прямого отношения к истории нашего города, но атмосферу первого военного лета отражает довольно точно. Суть послания понятна - желание избежать  излишних потерь со стороны немецких войск и отрядов Омакайтсе. Интересно другое. Юдофобский подтекс листовки - это местная самодеятельность или "настоятельная рекомендация" оккупационных властей?




09.08 На основании данных общества "Мемориал" и Эстонского государственного архива внесены изменения и уточнения в обстоятельства смерти части жителей г. Калласте, погибших в годы Второй мировой войны. Фамилии тех, чью печальную участь удалось документально подтвердить, выделены красным цветом... В перспективе - прояснить обстоятельства и время смерти всех, чьи имена высечены на постаменте.



21.08 Подборка фотографий на тему "Школа, которой уже не будет...". Работа на пришкольном участке, сбор макулатуры, пионерские линейки, уроки НВП, занятия по гражданской обороне, возложение цветов к памятнику В.И. Ленину, встречи с ветеранами - всё это когда-то было составной частью школьной жизни.

25.08 Отношение Эстонской республики к местным староверам было в целом благожелательным. Единственный серьёзный конфликт случился в январе 1937 года. Газета Постимеес от 08.02.1937 сообщает по этому поводу буквально следующее:




26.08 В город пришла советская власть...
Первый просоветский митинг и демонстрация состоялись в Калласте 23 июня 1940 года, аккурат в день «буржуазного» Дня Победы. Накануне ночью Маркел Феклистов и Лукьян Алёксин водрузили на башне здания Пожарного общества красное знамя. Наутро никто из представителей власти не решился его снять и красное полотнище долго развивалось над городом. По воспоминаниям участников тех событий, за неимением красной ткани пришлось перекрасить белый материал. Из него жёны и сёстры организаторов акции и сшили знамя...

02.09 Предлагаю вашему вниманию "Сказ про то, как красногорские рыбаки на Ладогу ходили". За качество сего "творения" строго не судите. Это мой первый "блин" на поприще   видеорассказа.



14.09         Советские репрессии...
Вторая мировая война и присоединение Эстонии к СССР  раскололи население Калласте  на два лагеря. Многие жители нашего города стали жертвами  немецкой оккупации, многие - советской...Опираясь на данные эстонской организации Мементо и российского общества Мемориал привожу сведения о моих земляках, репрессированных  советской властью. Хочу уточнить, что на данном этапе я не берусь судить о степени действительной виновности каждого из осуждённых, поскольку не обладаю достаточной информацией. Я просто констатирую факт...



21.09 Известный общественный и политический деятель Леонид Михайлов издал второй альбом  старых фотографий о Причудье. Внушительная как по объёму, так и по содержанию книга, не оставит равнодушными тех, кому дорог Причудский край. В разделе, посвящённым г. Калласте есть фотографии, которые ваш покорный слуга увидел впервые благодаря этому сборнику...



05.10 Автор замечательного сборника фотографий "Поселения Чудско-Псковского озера" Леонид Михайлов предлагает вашему вниманию живописные и графические работы известных эстонских художников с видами нашего города, портретами его обитателей и пейзажами Чудского побережья вблизи Калласте. Я лишь дополнил собранные им произведения фотографиями авторов и их краткими биографиями. Итак...

06.10 Дошли до нас и "светские" работы иконописца Марка Григорьевича Солнцева, принадлежавшего к Красногорской старообрядческой общине.



06.10 Ещё одну похожую  историю поведал мне многолетний учитель физкультуры нашей школы Ершов Владимир Фокич (см. фото). Его отец, Фока Иосифович Ершов, 1901 года рождения, отслужив в Эстонской армии, в 1924 году по льду перебрался в СССР. Граница в тот период была далеко не "на замке" и красногорцы частенько хаживали в д. Островцы, что на восточном берегу Чудского озера. Познакомившись здесь со своей будущей женой, Фока Ершов решает покинуть Эстонию навсегда...


12.10 Некоторые из погибших, не являясь жителями г. Калласте, закончили в нашем городе свой земной путь. На сегодня мне известны имена лишь некоторых из них:





15.10 Карты окрестностей Калласте от 1937 и 1942 годов. Заброшенные ныне хутора, заросшие просёлочные дороги. Когда- то здесь кипела жизнь...







02.11 В архиве хранится "Акт о вскрытии захоронений лиц, казнённых в Калласте  в 1941 году." Составлен 2 ноября 1944 года. Согласно этому документу, расстрелы производились в двух местах - на местном пастбище и на северной окраине города. Привожу текст полностью, с сохранением стилистических особенностей письма...





02.11 Летом 1941 года  у руководства городом  стояли председатель  Горисполкома Маркел Феклистов, его заместитель Ульян Плешанков, секретарь  Павел Скороходов и участковый милиционер Мануфей Соколов.  Депортация 14 июня 1941 жителей Калласте почти не коснулась. Были арестованы и высланы лишь несколько человек из числа приезжих, среди них счетовод местного кооператива Johannes Sõmera (расстрелян 24.04.42 в Севураллаге ) и жена купца и судовладельца Ершакова. В первых числах июля был также арестован владелец аптеки Rudolf Matsin (расстрелян в Новосибирске 25.12.41). 22 июня, в день  нападения Германии на  Советский Союз в Калласте прошёл митинг, собравший около 300 человек. Среди присутствующих  преобладало мнение, что немцы до Эстонии не дойдут и что война скоро закончится.

03.11       Эх, граница, граница…
В период существования независимой Эстонской Республики (1918 – 1940) пограничный вопрос в Причудье  был актуален как никогда. Местные жители  с трудом привыкали к мысли, что Россия теперь заграница. Помимо целенаправленного бегства на тот берег по экономическим, политическим или личным причинам, нередки были случаи непреднамеренного нарушения границы, вызванного банальным желанием поймать больше рыбы. О двух таких историях из длинной череды им подобных я и хочу рассказать…


05.11   Так это было...
07.11 Из жизни красногорских контрабандистов…
Смута в России 1917-1920 годов  коренным образом изменила жизнь Причудья. Отделение Эстонии от России и последовавшая за этим война между сторонниками и противниками независимости вынуждала местное население делать свой выбор в пользу той или иной стороны. Но ещё острее стоял вопрос поиска средств к существованию, т.к. привычное для жителей Калласте «хождение на Ладогу» стало невозможным, а  торговля с восточным побережьем Чудского озера  превратилась в занятие весьма и весьма небезопасное...

08.11                   Протокол
от 1920 г. августа 28-го дня во исполнение предписания Юрьевской Земской Управы  от 19 августа 1920 г. за № 1206, сего числа бы собран сход граждан и гражданок деревни Красные Горы, пользующихся правом голоса, т.е. от 20-летнего возраста и старше, для обсуждения вопроса куда именно в территориальном отношении желательно причислить д. Красные Горы, а именно, не желательно ли большинству жителей  примкнуть к Кокорской волости, как прежде было некоторыми гражданами подано об этом ходатайство...

10.11 На этом  неприятности не закончились. После звонка домой, "отцы города" узнали, что здание Калластеского  Горисполкома  захвачено "лесными братьями" и над ним развивается сине-чёрно-белый флаг. В нападении на город участвовало около 20 человек. После войны многие из них были арестованы и осуждены. Помимо захвата здания Горисполкома им инкриминировали службу в "Омакайтсе", а также соучастие в расправе над советскими активистами и членами истребительного отряда. Вот их имена:


29.11 Около 2250 жителей Эстонии прошли через нацистский концлагерь Штутгоф на территории оккупированной немцами Польши. Многие из них никогда не вернулись домой. Первую  группу  заключённых депортировали из Эстонии в концлагерь Штутгоф 18 февраля 1944 года. Список включал 985 человек, преимущественно русских мужчин, из которых  около 400 родились в Эстонии.


03.12 Явные или мнимые нарушения  жителями Причудья эстоно-российской границы в межвоенный период были  явлением будничным . По мере ужесточения  советского режима менялось и отношении  к перебежчикам  из Эстонии.  В 1920-х годах, если не следовало официального запроса с эстонской стороны, перешедшим границу,  как правило, разрешали остаться в СССР. Запрос, в свою очередь, делался лишь по настоятельной просьбе родителей   неразумных чад, своевольно ушедших в Россию. Если  же родители, что называется,  «были в курсе»,  то эстонскому правительству оставалось  лишь тихо радоваться сокращению численности, далеко не лояльно настроенного к Эстонской республике, русского населения. С начала  1930-х ситуация изменилась...

12.12 В журнале Akadeemia № 5 за 2012 я наткнулся на воспоминания участкового врача Харри Хинта (Harry Hint). Если верить нижеприведённому отрывку, немцы  принуждали некоторых просоветски настроенных местных русских к сотрудничеству, используя их неприязненное  отношение к  эстонцам...
«Эта история приключилась в Калласте
в начале 1944 года, в дни массовой мобилизации жителей Эстонии в немецкую армию. Я был членом призывной комиссии, которая разместилась в  Горуправе. Едва мы приступили к работе, как с улицы донёсся шум и гам...


19.12   Эстонские "шпионы"
Архивы хранят множество историй  о  бегстве  жителей Калласте в Советский  Союз  в 1920-1930-х годах.  Не перестаю  удивляться,  с какой лёгкостью  и безрассудством  мои соотечественники покидали Эстонию и переселялись  в вожделенную  Россию , где их, как выяснится вскоре, не ждало ничего хорошего. Во второй по
ловине 1930-х годов СССР перестал возвращать  перебежчиков   обратно в Эстонию. Это обстоятельство привело к  очередному  всплеску  нелегального пересечения  границы жителями Причудья.Бежали как по политическим , так и по  экономическим причинам. Героями нижеследующей  истории, приключившейся осенью 1938 года,  стали жители Калласте - Силуан  Уланов ( 1908) и Иосиф Кукин (1918).

23.12     Случай в Таллинне...
В переломные моменты истории жизнь человеческая мало что стоит и никто из земных обитателей не знает наверняка, что с ним приключится завтра. Герой этой незамысловатой истории – Пётр Долгов (1910), уроженец  нашего города.  Его отец, Варфоломей Долгов,  был в Калласте  не последним человекомом. Занимаясь скупкой и перепродажей рыбы, он построил  каменный дом и приобрёл грузовую автомашину «Мориц». В семье было 6 сыновей, но ко времени нижеследующей истории в живых оставались лишь трое – Иван, Павел и Пётр...

28.12   Красногорцы и Освободительная война
Отделение Эстонии от России в 1918 году жители Калласте встретили, мягко говоря, без энтузиазма. Оно и понятно. Языком делопроизводства вместо русского вмиг стал эстонский, с которым большинство местных жителей были, что называется, глубоко на «Вы». После начала Освободительной войны ситуация стала ещё запутанней. Воевать против русских, пусть и большевиков, не хотелось. Альтернативой стала Северо-Западная белогвардейская армия, куда многие красногорцы и устремились, надеясь «отсидеться» там от призыва в вооружённые силы Эстонской республики. Иногда это удавалось. Другим вариантом  было  бегство  в Россию и пребывание там до тех пор, пока   дома не улягутся страсти и можно будет вернуться в родные края. Шли в дело и «липовые»  медицинские справки, гарантирующие освобождение от мобилизации, и путаница с возрастом  призывника, дающая отсрочку от службы в армии. Красногорцы пускались «во все тяжкие»,  лишь бы не «загреметь» в эстонскую армию, где приказы отдавались на непонятном  им языке, да и в целом отношение к русским новобранцам было настороженным, если не враждебным...

29.12 Возвращение нарушивших госграницу рыбаков  обратно в Эстонию сопровождалось составлением протокола  как с российской, так и с эстонской стороны. Предлагаю вашему вниманию «Акт о передаче представителям эстонской погранстражи  12 калластеских рыбаков 6 марта 1932 года». Любопытный документ. Обращает на себя внимание почти  что детская непосредственность и внимание к деталям  со стороны россиян при описании процедуры возвращения нарушителей границы. Стиль и орфография документа сохранены...

08.01     Пожар 1962 года
13 августа 1962 года случился в Калласте масштабный  пожар, пожалуй, самый крупный за всю известную историю города. Начавшись во дворе дома № 32 по  улице 21 июня ( нынешняя Кирику, прим. автора), он перекинулся на здания, расположенные вдоль улиц  Выйду и Калда, до которых от очага возгорания было более 600 метров. Причиной пожара стало неосторожное обращение с огнём  3-летнего ребёнка, оставленного взрослыми без присмотра...

11.01 "Прибыльный" бизнес
Дабы пополнить семейный бюджет  некоторые красногорцы промышляли в межвоенный период  перевозкой ,так сказать, «живого товара». Речь идёт о весьма прибыльном, хотя и рискованном «бизнесе» -  доставке   беженцев  из Эстонии в Советский Союз через Чудское озеро. Подобный промысел был  весьма популярен, поскольку, в отличии от рыболовства, позволял заработать быстро и много. Однако, не всегда всё проходило гладко, так как  набиравшая силу эстонская погранохрана была начеку...

23.01   Март 1940. Инцидент в ресторане
Размещение советских военных баз на эстонской территории осенью 1939 года стало предвестником грядущих трагических перемен в судьбе Эстонской республики. После поражения Финляндии в Зимней войне давление России на прибалтийские государства усилилось. Просоветски настроенная  русская молодёжь Причудья  всё более открыто демонстрировала  радость по поводу происходящего и не скрывала своего злорадства в связи с уступчивостью Эстонии «наезду» Москвы…Нижеприведённый эпизод  тому подтверждение. На дворе был конец марта 1940 года. До «кончины» Эстонской республики оставалось менее полугода. Итак…

26.01 О чём он думал?
Уроженец нашего города Зинон Иванович Феклистов (1917) до недавнего времени считался пропавшим без вести в 1942 году. Его имя начертано на памятнике жителям г. Калласте , погибшим в годы Второй мировой войны. Действительная судьба этого человека оказалась несколько иной…




1.02    Фатальная встреча на Невском
Его Величество Случай может как вознести, так и низвергнуть человека, сломав его карьеру и спутав жизненные планы. Нечто подобное приключилось с выходцем из нашего города Иваном  Варфоломеевичем Долговым (1913). О перепетиях судьбы его брата, Петра Долгова,  уже шёл рассказ выше. Иван же , после разорения в конце 1930-х годов торговой фирмы отца, перебрался в Таллинн.  К банкротству унаследованного от родителя  семейного предприятия по скупке рыбы, Иван, по словам брата Петра,  имел прямое касательство, поскольку вёл разгульный образ жизни...



25.02           Отцы города

26.02                 Протокол № 1
Орган законодательной власти новоиспечённого посёлка, поселковое собрание (Volikogu),  формирует  правление (Alevivalitsus) во главе с первым в истории Калласте поселковым старейшиной (Alevivanem) Иосифом Долгошевым. Предлагаю вашему вниманию протокол за №1 заседания вышеназванного правления...


4.03 Борец за справедливость или любительница скандалов?

22.03 Любопытный документ. Протокол за № 27 сессии Совета депутатов трудящихся г. Калласте от 30 мая 1950 г. В повестке дня - вопрос о строительстве школы. Речь идёт о здании, которое в спешном порядке переоборудовали под учебное заведение. Судя по стенограмме, строительство шло ни шатко ни валко...

23.03 После очередной смены власти проводилась переаттестация учителей. Работникам образования приходилось доказывать, что они соответствуют  новым идейным установкам. Несчастные должны были «посыпать голову пеплом», убеждая новых хозяев в своей лояльности. С сегоднящней «колокольни» подобное самобичевание выглядит абсурдным, но, как говорится, что было, то было…Привожу выдержки из личного дела Дмитрия Горушкина, датированные соответственно осенью 1941 и осенью 1944 года. Как говориться, no comments...

26.03           Раскулаченный
Советские времена были богаты на абсурдные с нынешней точки зрения решения. Взять, к примеру, компанию по «зачислению в кулаки». Её жертвой становились люди, жившие в прежние времена чуть лучше, нежели среднестатистический обыватель. Если ты всю жизнь ловил рыбу, значит  ты «наш человек», так сказать, пролетарий. Если же имел несчастье разжиться магазином, где пролетарии покупали продукты и водку, значит ты «эксплуататор и враг трудового народа»...

31.03             Из серии "Красногорские курьёзы"
"Пора в школу..."

В прежние времена летние каникулы были местным детям не в радость. Вместо беззаботного времяпровождения, их ждала изнурительная работа на хуторах вдали от дома и родных. Жертвуя отдыхом, они вносили посильный вклад в семейный бюджет. Три выходных дня для ребёнка (один на Троицу и два на Успеньё, прим. автора) родители оговаривали с владельцем хутора  заранее. С посещением школы дело обстояло не столь однозначно...




5.04       Кабы не "Зингер"...
Нарушения калластескими рыбаками границы в первой половине 1930-х годов походило на игру в кошки-мышки. Поймают, не поймают. Если поймают, то неделю-другую придётся провести во Гдовской тюрьме. По возвращении в Эстонию – штраф за нарушение границы, размер которого зависел от многих обстоятельств, но обычно не превышал 10 крон на человека. По тем временам, это были большие деньги. Поэтому красногорцы предпочитали  альтернативное наказание – тюремное  заключение...


8.04             Где деньги?
В 1922 году у жителя Калласте Ивана Елинкина сгорел дом. Поселковое правление объявило сбор пожертвований семье погорельца. Откликнулись три человека. Никифор Ратман пожертвовал 50 марок, Кузьма Глухарёв - 100 марок и Егор Ласкобаев – 35 марок. Всё было оформлено документально и скреплено печатью, каковой распоряжался тогдашний поселковый старейшина Иосиф Долгошев. Всё бы ничего и, наверное, Елинкины были бы рады и этой малости, но … денег они так и не получили...




На главную                              Что новенького? (продолжение)