aslend62 (aslend62) wrote,
aslend62
aslend62

Category:

Немного истории...

Из серии "Дела старообрядческие"
"Крепкий орешек" Марья Степановна...



Еще одним направлением в борьбе с приверженцами "старой веры" в эпоху Николая Первого было противодействие "совращению в раскол". Государство и церковь всеми силами старались не допустить перехода православных в стан старообрядцев. В ход шли всевозможные уловки: от многократных увещеваний до принудительного разлучения семей. Дело в том, что от православия чаще всего "отпадали" женщины, которые, "в угождение" мужу- раскольнику, меняли веру. Кого-то из них, после многократных уговоров и неприкрытых угроз, удавалось вернуть в лоно господствующей церкви. По крайней мере, формально. Но некоторые не поддавались "обработке" и твердо стояли на своем, следуя незамысловатому правилу: "какой муж, такая должна быть и жена"...

10 февраля 1850 года



"Ваша Светлость сего месяца 3-го дня изволили требовать от Лифляндского Духовного Правления сведения по делу о совращенных раскольником Иваном Никитиным в раскол двух женщин, жительствующих в деревне Воронья: Ирины Тимофеевой и Марьи Степановой. Лифляндское Духовное Правление честь имеет донести Вашей Светлости, что обе упомянутые женщины прошедшего месяца 25 дня  являлись в Духовное Правление, где были увещеваемы к возвращению в недра Православной церкви, но остались непреклонны. Вейзенштейнского мещанина Макара Дементьева жена Ирина Тимофеева созналась, что родилась от православных родителей и, по достижении 17 лет, повенчана с Макаром Дементьевым первым браком православным священником по имени Григорий, а по отчеству - не помнит. По выходе в замужество, в угождение мужу раскольнику, перестала ходить в Церковь, а потом окончательно совратилась в раскол. Детей имеет щесть, но все померли по крещении в раскол. При увещеваниии одно говорила: какой муж, такая должна быть и жена, и на обращение в лоно святой Церкви не согласилась. Дерптского мещанина Петра Ивановича Куткина жена Марья Степановна также созналась, что она родилась в одном приходе с упомянутою Ириной Тимофеевной от православных родителей. С малолетства ходила в православною церковь, но по достижении 20 лет она, по письму, данному её отцу священником Гдовского уезда погоста Кабылье, имени она не знает, но знает, что он уже помер, повенчана в раскольнической моленной Дерптского уезда д. Межа наставником Крыловым, но имени и отчества не помнит. От брака с Куткиным имеет детей: Ульяну 15 лет, Марфу 13 лет, Параскеву 11 лет, Василия 8 лет и Татьяну 2 лет, кои все крещены в раскол. Сама она еще до выхода в замужество перестала ходить в Церковь, а по выходе в замужество, также в угождение мужу раскольнику, вовсе уклонилась от церкви. При увещевании повторяла: хорошо ли она сделала, что уклонилась от Церкви, то Христос знает, но она желает и помереть в содержимой ею вере, то есть в расколе.Так как после троекратного увещевания упомянутые женщины остались непреклонными к возвращению в недра Св. Церкви, то 1 февраля в Духовном Правлении им объявлено, что в них Правление не состоит более нужды и определено о последствиях увещевания донести Его Превосходительству".

От автора: Жены воронейских старобрядцев были родом из одного селения и, по всей видимости, знали друг друга еще до замужества. Их родители не противились вступлению дочерей в брак с "раскольниками". Чиновник, в справке на имя Генерал - Губернатора, не преминул подчеркнуть, что шестеро детей Ирины Тимофеевны  "померли по крещении в раскол". Наверное, автор донесения верил, что между этими событиями всенепременно существует связь. После "троекратного увещевания" Духовное Правление расписалось в своем бессилии и передало судьбу неуступчивых женщин в руки гражданских властей.



16 апреля 1850 года
"Светлейший князь, Милостивый Государь!
В дополнение сведений, сообщенных Вашей Светлости от 6 февраля сего года по делу о раскольницах Ирине Тимофеевой и Марье Степановой Куткиной имею честь уведомить вас, Милостивый Государь, что, по донесению Дерптского протоиерея Федора Березского, одна из помянутых раскольниц, а именно -  Ирина Тимофеевна, соглашалась принять Православие, чему и муж её, раскольник, был рад и даже просила протоиерея Березского написать о том в суд, дыбы последний не отправлял её в Ригу для увещевания. Но когда Суд предложил ей дать подписку о согласии быть Православною, то она отказалась от сего. В то же время муж её, пришедши к протоиерею Березскому, с сожалением говорил об упорстве её и при том присовокупил, что она в Риге изъявит желание принять единоверие, а если я не дозволю этого, то примет и Православие - веру своих родителей, которые еще живы и были бы сему весьма рады. Вторая раскольница - Куткина, брат коей за 4 года пред сим сослан в Сибирь за введение около Дерпта какой-то новой ереси, кажется держится той же ереси.
Сообщая о сем Вашей Светости, покорнейше прошу Вас, Милостивый Государь, сделать распоряжение, чтобы помянутые раскольницы Тимофеева и Куткина высланы были опять а Ригу для нового увещевания им обратиться в недра Православной Церкви".





От автора: Странно все это. Ирина Тимофеевна вроде бы соглашается вновь стать православной, чему рад даже её раскольник муж. Что уже само по себе удивительно. Но когда её просят подтвердить данное ранее обещание, внезапно отказывается это делать. Поверить в то, что жена оказалась святее "совратившего" её в раскол супруга, вряд ли возможно. Скорее всего, обнадеживающие посулы имели целью умилостивить православных функционеров и оттянуть наказание.

30 июня 1850 года
"Светлейший Князь. Милостивый Государь!
По распоряжению Вашей Светлости от 22 апреля сего года Дерптский Орднунгсгерихт представил в Лифляндское Духовное Правление совратившуюся из Православия в раскол крестьянку Марью Степанову, которая Духовным Правлением вторично была троекратно увещеваема к обращению в  православную Церковь, но решительно от этого отказалась. Носовской же священник Ефим Верхнеустимский от 9 мая сего года донес мне, что, по дошедшим до него слухам, означенную Марью Степановну удерживает от воссоединения с Православием живущий с нею дерптский мещанин Петр Иванович Куткин. Двухкратные увещевания, сделанные в Лифляндском Духовном Правлении Марье Степановой, как изъясняет священник Верхнеустимский, остаются недействительными наиболее потому, что она Дерптским Орднунгсгерихтом отдаваема была на поручительство помянутого Куткина, который, во время двукратного сопутствования ей из Дерпта до Риги и обратно, вероятно, не дремал и день и ночь учил, убеждал и просил твердо противостоять кратковременному увещеванию в Риге. Посему, следут принять во внимание,
1. что крестьянка Марья Степановна по месту рождения в Санкт-Петербургской губернии, Гдовского уезда, погоста Кобылье, деревни Самолва, по вере её родителей и по крещению ея в младенчестве православным священником, пребывающая
в беззаконном супружестве с Дерптским мещанином Петром Ивановичем Куткиным, к месту настоящего её жительства в деревне Межа не принадлежит,
2. что, по её собственному признанию 25 января сего года, она вовсе уклонилась от православной веры в раскол в угождение упомянутому мещанину Куткину,
3. что носовской священник Верхнеустимский удостоверяет, будто от воссоединения её с православной церковью при многократном увещевании удерживает её все тот же Куткин,
4. что 60 статья 14 тома Собрания Законов о предупреждении преступлений раскольников запрещает совращать и склонять кого либо в раскол свой под каким бы видом не было, а кто тайно или явно совратит в раскол, того вольно предать суду.
Посему я предложил Духовному Правлению как об ослушавшейся  Церковь Марье Степановой, так и о совратившем её в раскол Петре Ивановиче Куткине ныне же сообщить Лифляндскому Губернскому Правлению и просить оное обратить внимание на то, что Марья Степановна, бывшая православная, родом из Петербургской губернии, была принята Куткиным для беззаконного сожития с ним. Если она сама не обратиться к Святой Церкви и рожденных ею детей не согласится присоединить, то следует выслать её в место её принадлежности, а с Куткиным поступить по закону. Сообщая о сем Вашей Светлости, считаю нужным присовокупить, что, по донесению священника Верхнеустимского, совратившаяся из П
равославия в раскол жительница деревни Воронья Ирина Тимофеева после увещеваний, сделанных ей в Лифляндском Духовном Правлении, явясь к означенному священнику с сознанием своего греха,  искренне просила его присоединить её к Святой Церкви и тогда же им присоединена со взятой им от ей узаконенной подписи".

От автора:
Со школьной скамьи помню, что история развивается по спирали. То есть, происходящее сегодня уже имело место быть в прошлом. Естественно, с поправкой на обстоятельства времени и места. Борьба генерал-губернатора Суворова и иже с ним за чистоту православной веры напоминает мне потуги нынешних блюстителей всевозможных скреп, ратующих, в частности, за запрет однополых браков. Для грядущих поколений риторика защитников "традиционных семейных ценностей" будет звучать столь же архаично и невразумительно, как и разглагольствования православных клириков середины 19 века о " беззаконном сожитии" и "совращении в раскол".
Ирина Тимофеевна, во избежание худшего ( разлучения с мужем), сдалась на милость победителей. Сомневаюсь, что ею двигало "сознание греха", как пытается убедить вышестоящее начальство священник Верхнеустимский. Бедная женщина хотела лишь положить конец затянувшимся издевательствам и мытарствам...

14 июля 1850 года


"Во исполнение предписания Вашей Светлости от 7 сего июля Лифляндское Губернское Правление честь имеет представить подлинное отношение Лифляндского Духовного Правления от 18 июня сего года за № 1519 о совратившейся из Православия в раскол крестьянке Марье Степановой и о раскольнике Петре Ивановиче Куткине, долгом себе поставляя почтительнейше присовокупить, что по сему делу в Губернском Правлении дальнейшего делопроизводства не состоялось, и что, вследствии предложения Вашей Светлости от 7 сего июля, на первый случай приостановлено исполнение состоявшегося по означенному делу Лифляндского Духовного Правления определение, по коему положено было предписать Дерптскому Орднунгсгерихту произвести предварительное следствие над Куткиным, навлекшим на себя подозрение, что он Марью Степанову взял к себе в свою деревню без надлежащего вида и удерживает её в расколе, по окончании же предварительного следствия передать его, Куткина, в Ландсгерихт"
От автора:
В переводе с протокольного языка на общечеловеческий суть донесения  сводиться к следующему:
"Поскольку Генерал-Губернатор предложил на первых порах дело в отношении Куткина не возбуждать, то начатое было предварительное следствие решено приостановить вплоть до дальнейшего распоряжения". Чем закончилась борьба  бывшей православной Марьи Степановой (по факту - Степановной) за право самой решать, в какую церковь ходить и сколькими перстами креститься, мне неведомо. Но хочется верить, что бедную женщину, как и её супруга- старообрядца, в конце-концов оставили в покое.
Надо признать, что в России середины позапрошлого столетия религиозные нормы были хоть и дискриминационные, но отнюдь не столь изуверские, как в некоторых исламских государствах в наши дни.



В этих странах вероотступничество до сих пор карается смертью...

Такая вот история...


  На главную                                 Немного истории (продолжение)
Subscribe

  • Немного истории...

    Из серии "Красногорцы на фронтах Великой войны" Печальная судьба "Паллады" и Северьяна... В метрической книге…

  • Немного истории...

    Из серии «История одной семьи» Две сестры - две судьбы... Погружаясь в историю Калласте, поймал себя на мысли, что питаю…

  • Немного истории...

    Из серии "Дела старообрядческие" Подозрительная перепись... 15 марта 1839 года "Его Высокопревосходительству…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment