aslend62 (aslend62) wrote,
aslend62
aslend62

Categories:

Немного истории...







Из серии "Дела старообрядческие"
Как Суворов с причудскими староверами боролся...
Операция "Рождественская ночь"


19 декабря 1849 года
Светлейший князь, Милостивый Государь!
Носовской священник Верхоустинский донес мне, что 13 минувшего ноября утром, он, вместе с одним чухонцем, застал в деревне Красные Горы, в доме нового расколоучителя Ивана Иванова, молитвенное собрание раскольников и видел там до 15 больших богослужебных книг, принадлежащих запечатанной красногорской моленне (как о том сказали ему расколоучитель и бывшие там другие раскольники), а также кадильницу с горящими углями и до 15 икон, поставленных на полках по обычаю раскольнических молильных домов. К этому священник Верхоустинский присовокупил, что помянутый расколоучитель Иванов с простотою признался ему, что на должность расколоучителя поставил его воронейский расколоучитель Иван Никитин, о котором я сообщал Вашей Светлости ранее.
Вполне удостовериться в существовании в д. Красные Горы у наставника Иванова новоустроенной моленной, весьма удобно было бы в ночь на Рождество Христово, когда раскольники, по всей вероятности, будут отправлять своё богослужение. Сообщая это Вашей Светлости, покорнейше прошу Вас, Милостивый Государь, почтить меня уведомлением, не благоугодно ли Вам будет сделать в означенное священником время секретное удостоверение о прописанном обстоятельстве чрез довереннейшее лицо.
Вышей Светлости покорнейший слуга, Платон Епископ Рижский


От автора:
Глава православной церкви Остзейского края, рижский епископ Платон, собственноручно планирует операцию по "изобличению" красногорских "раскольников, которые, согласно доносу носовсого священника Верхоустинского, превратили дом наставника в моленную. Последняя, как уже догадался читатель, приказом властей ранее была запечатана. Часть вещей из закрытой церкви местные жители втихоря перенесли в дом вероучителя, где, по всей видимости, время от времени и собирались для проведения богослужений. У меня сложилось впечатление, что Николай Первый испытывал стойкую неприязнь к двум категориям своих подданных: старообрядцам и евреям. И первых и вторых в годы его правления  всеми силами старались обратить в православие. Но эта политика потерпела фиаско. В знак протеста евреи уходили в революцию, а староверы еще больше замыкались в себе.


21 декабря 1849 года



"По соглашению с Преосвященным Платоном, епископом Рижским, имею честь покорнейше просить Ваше Превосходительство, с соблюдением совершенной тайны, командировать в д. Красные Горы, ко дню праздника Рождества Христова, то есть к 25 числу декабря месяца, самого благонадежного чиновника из местного Орднунгсгерихта, или иного по Вашему усмотрению, и приказать этому чиновнику с прибытием в Красные Горы к ночи на Рождество Христово, удостовериться:
1. Точно ли в доме раскольника Ивана Иванова, именующегося  наставником, собираются раскольники для богослужения?
2. Действительно ли там учреждена раскольническая моленная, например, имеется нарочитое количество богослужебных книг, икон, кадильниц и других предметов, свидетельствующих об учреждении моленной?
3. Если это подтвердится, то избу, в которой отправляются раскольнические богослужения, со всеми вещами, книгами, иконами и прочим, в ней неходящимся, запечатать, а раскольника Иванова, обратившего дом свой в моленную, арестовать и отправить в Дерптский Орднунгсгерихт".


От автора:
Оперативно, не правда ли...
19 декабря епископ Платон ввел Суворова в курс дела, а уже через день Александр Аркадьевич дал отмашку Гражданскому губернатору приступить к секретной операции по изобличению красногорских "сектантов". Ни телеграфа, ни радиосвязи в те времена еще не было. Депеши передавались из рук в руки. Конечно, лифляндские власти, включая епископа Платона, базировались в Риге, где несложно было отрядить курьера с одной улицы на другую. Но Дерптский Орднунгсгерихт располагался в 250 км. от губернской столицы, не считая 50 километров до Красных Гор. И все это нужно было провернуть к ночи 25 декабря, когда старообрядцы, как и все христиане, будут праздновать Рождество Христово.
Бюрократическая машина завертелась...
31 декабря 1849 года
"Во исполнение секретного предписания от 21 декабря прошедшего 1849 года за № 22 честь имею довести, на основании донесения Дерптского Орднунгсгерихта, до сведения Вашей Светлости, что чиновник помянутого Орднунгсгерихта Мейнерт, прибывший ночью на Рождество Христово в половине первого в д. Красные горы, отправился прямо в дом так называемого наставника Ивана Иванова. Заметив еще с улицы, что в доме этом находится несколько людей, отправляющих богослужения, Мейнерт стучал у двери, запертой изнутри, и требовал впуска. Несколько минут спустя отперта была дверь и Мейнерт застал в доме Ивана Иванова, так называемую его хозяйку Акулину Мартыновну и троих обитателей деревни: Романа Клементьева, Григория Никифорова и Василия Сахарова. На столе лежали книги, из которых одна была раскрыта. На стене висели 10 икон и три креста из желтой меди, а на скамье под иконами лежали несколько книг, кроме того тут находились кадильница, кружка с ладаном, 4 большие восковые свечи и 10 маленьких свечей, из которых одна большая и одна маленькая горели перед иконами, одна молитвенная подушка, две, так называемые, лестовки, 2 шелковых платка, вышитые золотом, и 2 шелковых платка, обшитые галунами.
Так как все указывало на то, что дом Иванова служил раскольнической моленной, то чиновник Мейнерт тотчас же арестовал Иванова и произвел осмотр его дома. Затем опечатал упомянутые книги, кресты и иконы, а также и сам дом, поручив при этом сыну сотника Сидора Дементьева, как заступающего на место отца, наблюдать за тем, чтобы ничего не пропало из предметов, означенных в приложенной описи, составленной Мейнертом. Между тем несколько жителей деревни собрались у двери, но заметив чиновника, вскоре удалились. Самого Ивана Иванова Мейнерт отправил в Дерптский Орднунгсгерихт, где производится теперь над ним следствие.
Донося об этом Вашей Светлости, честь имею присовокупить еще, что, так как предложение Ваше получено мною только 25-го декабря в 10 часов утра, а уже ночью 25-го числа командированный Орднунгсгерихтом чиновник должен был прибыть в д. Красные Горы, то я нашел необходимым отправить предписание в Дерптский Орднунгсгерихт с эстафетою, для того, чтобы оно не опоздало. По распоряжению моему Казенная полата на уплату эстафеты положила 20 рублей 44 копейки серебром, следующие возврату казне. Вследствие сего возникает вопрос, кто должен оплатить эту сумму и подлежит ли она вообще возврату. По моему мнению вопрос этот следует передать на решение того судебного места, которое произнесет приговор по делу раскольника Ивана Иванова. Честь имею однакож просить благосклонного по сему предмету разрешения Вашей Светлости".


От автора:
Епископ Платон мог быть доволен. Чиновник Мейнерт блестяще исполнил поручение начальства. Вовремя прибыл в деревню, без труда, в кромешной тьме, обнаружил "место преступления", произвел задержание "расколоучителя" и наложил арест на имущество общины.


В списках жителей Калласте за 1855 год значится некто Сидор Дементьевич Соловьев, состоявший на момент вышеописанной истории деревенским сотником. Кто из его сыновей, Леонтий или Сергей, заступил на место отца, мне неведомо. С большой долей вероятности можно предположить, что Соловьевы были православными. Во-первых, фамилия эта для Красных Гор нетипичная, во-вторых, вряд ли на должность "смотрящего" назначили бы старообрядца.


Перечень предметов, изъятых у красногорского наставника Ивана Иванова во время рождественского рейда, за подписью комиссара Мейнерта.

7 января 1850 года
"Господину начальнику Лифляндской губернии.
В следствие отзыва Ващего Превосходительства за № 15 имею честь покорнейше просить:
1. Следственное дело о раскольнике Иване Иванове, на основании Именного Высочайшего указа от 15 апреля 1932 года приказать Дерптскому Орднунгсгерихту кончить без очереди и немедленно доставить мне.
2. Сообщить мне сколь возможно поспешно нижеследующие сведения:
1. Кому и на каком праве принадлежит дом в дер. Красные Горы, где имел жительство и устроил моленную раскольник Иван Иванов?
2. Какой именно этот дом, каменный или деревянный, ветхий или новый, какое заключает в себе жильё и, при уничтожении в нем моленной, может ли быть употреблен на какую-нибудь общественную надобность?
3. Сколько в д. Красные Горы раскольников, православных, лютеран и других лиц христианских исповеданий. В заключении обязываюсь просить покорнейше Вас, милостивый Государь, приказать издержки, употребленные по принятию мер к открытию существования моленной в доме раскольника Ивана Иванова, поставить в известность по следственному делу для возвращения таковой в казну с виновных".


Конфискованное у "раскольников" имущество власти намеревались использовать с максимальной выгодой. Не случайно, Генерал - Губернатор лично интересуется состоянием обращенного в моленную дома. Вдруг сгодится под "какую-нибудь общественную надобность". Старообрядческие иконы, как правило, передавали во вновь образованные православные приходы. Естественно, если они соответствовали необходимым критериям. Аккурат в это время началась компания по обращение в "царскую" веру прибалтийских лютеран. Епископ Платон был идейным вдохновителем этой политики.
Если местные немцы, в массе своей, сторонились православия, то эстонцы и латыши, для которых лютеранство было религией угнетателей, живо интересовались переменой веры. Для них и предназначалась отобранная у причудских староверов церковная утварь...



25 января 1850 года
"В дополнение донесения моего от 4 января за № 15 о раскольнической моленной в д. Красные Горы, честь имею донести, на основании рапорта Дерптского Орднунгсгерихта, что, так называемый, наставник Иван Иванов при допросе показал, что зовут его Иваном Ивановым, что он имеет от роду 58 лет и приписан в Вейзенштейнскому рабочему окладу, но родился в Красных Горах. Около 10 лет тому назад он переехал их Красных Гор в Эстляндию, где каменными работами зарабатывал себе на  пропитание, а 2 года тому назад возвратился опять в д. Красные Горы и по смерти наставника Дмитрия Павлова взял на себя должность наставника. Паспорт свой он отослал чрез Вейзенштейнского рабочего Карла Никитина в г. Вейзенштейн для получения нового. Как наставник он получает ежегодно 30 рублей серебром жалования, и жительство имеет в том же доме, в котором прежде жил наставник Дмитрий Павлов. Дом этот принадлежит родственнице Дмитрия Павлова - Акулине Мартыновой, которая жила у него, Иванова, хозяйкою. Книги, иконы и все остальные вещи, на которые наложено запрещение, принадлежат Акулине Мартыновой, как наследнице Дмитрия Павлова. Никогда, пока он жил в этом доме, в нем не было собраний раскольников. И даже ночью на Рождество Христово не назначено было в нем собрания.  Свечи горели только для назидания его и Акулины, но признаться он должен в том, что свечи были принесены соседями, которые и засветили оные, исключая большой, которую он сам зажег.
Акулина Мартынова, по паспорту Акулина Гривицкая, 36 лет от роду, раскольница, приписанная к г. Дерпту, показала:
Дом, в котором живет Иван Иванов, принадлежал дяде её, помершему наставнику Дмитрию Павлову, к которому она переехала около полугода до смерти его. На смертном одре Павлов подарил ей дом, но с тем, чтобы она дозволяла жить в этом доме приемнику его - Ивану Иванову, который еще во время болезни умершего жил у него. Поэтому Иван Иванов живет в доме её, а она от него получает готовый стол и дрова на отопление дома. Книги, найденные у ней, принадлежат разным жителям деревни, две же из них ей самой. Иконы перешли в её собственность от помершего Дмитрия Павлова, за исключением одной иконы и одного креста, которые достались ей по наследству от матери. Платки, молитвенные подушки и прочие вещи, найденные у неё, принесены из старой моленной и находились в руках помершего дяди. Вещи эти принадлежат обществу. Свечи, горевшие пред иконами, принесены были разными людьми, которых однакож она, показательница, не знает. Собрания в этом доме не было, а из трех людей, которых застали у них, один был родственником Ивана Иванова, другие же лишь принесли свечи.
Сотский Сидор Дементьев еще не допрошен, потому что он уехал куда-то по делам, но, по донесению комиссара Мейнерта, который был отправлен в д. Красные Горы, он, Сидор, как-то узнал, что дом, в котором жили Иван Иванов и Акулина Гривицкая, точно так, как и запечатанная моленна всегда принадлежал всему обществу и с давних времен служил квартирою для наставника. Дом этот лежит рядом с моленною и имеет в длину 6 саженей, шириною 3 сажени, построен без каменного фундамента и содержит одну только комнату, шириною три сажени и столько же длиною, с тремя окнами, из которых каждое имеет в вышину 1,5 локтей и 1 локоть в ширину. Пред комнатою находится передняя, которая отделена перегородкою от кладовой. Бревна, лежащие на земле, частью сгнили, кровля крыта соломою и находится в худом состоянии. Кроме того, Дерптский Орднунгсгерихт доносит, что в запетанной две недели тому назад моленной снята была печать, так что надобно теперь было снова её запечатать. Впрочем, сама моленна заперта была на замок.
Так как сотский теперь не находится в Красных Горах, по случаю отъезда его, то Орднунгсгерихт велел перевести в Дерпт все вещи, найденные в доме Ивана Иванова, и за сим снова запечатать дом этот. Следует добавить, что сын сотского Сидора Дементьева передал комиссару Мейнерту, отправленному в Красные Горы за помянутыми вещами, билет, выданный Вейзенштейнским податным управлением 28 декабря 1849 года за № 132 на один год приписанному к Вейзенштейнскому мещанскому окладу под № 78 Ивану Иванову.
Гражданский Губернатор..."


Жилище наставника являло собой настолько жалкое зрелище, что вряд ли кого заинтересовало. Мои односельчане изо всех сил старались отвести беду, утверждая, что никаких коллективных молений в доме Иванова не было. Увы, им никто не поверил...




В 1855 году 44-летняя Акулина Гривицкая по прежнему проживала в Красных Горах. 20-летний Григорий Павлов  приходился ей то ли племянником, то ли сыном. Следов арестованного в рождественскую ночь 1849 года Ивана Иванова, точнее Ивановича, ваш покорный слуга среди обитателей Калласте обнаружить не смог. Возможны два варианта:
1. Бывшего наставника к 1855 году уже не было в живых.
2. После выдворения из нашей деревни, он обратно уже не вернулся. Точнее, ему не позволили это сделать...


24 февраля 1851 года

"Состоящий ныне в Вейзенштейне под надзором полиции наставник Иван Иванов, будучи допрошенным, показал, что 27 декабря 1847 года утром в 7 часов поставлен был на должность наставника в деревне Красные Горы Воронейским наставником Иваном Никитиным в доме Савелия Прокофьевича Кроманова. Присутствовали при сем: сам Савелий Прокофьевич, брат его Николай Прокофьевич, бывший сотский Сидор Дементьев, Андрей Иванов и Николай Павлов. Лица сии, все раскольники, допрошены были в Орднунгсгерихте, но уверяют, что они ничего о том не знают, будто Иван Иванов благославлен на должность свою в доме Кроманова Иваном Никитиным. Савелий Прокофьевич Кроманов, староста проживающих по берегу Чудского озера и приписанных к Дерпту раскольников, кроме того показал, что в означенный день его, по причине поисков бежавшего рекрута Густава Лейхтмана, вовсе не было дома. И в самом деле, по собранным Орднунгсгерихтом сведениям, оказалось, что Савелий Кроманов 26 декабря 1847 года утром в 11 часов был на мызе Террасфер, находящейся на расстоянии 30 верст от деревни Красные горы, так что, если благославление Ивана Иванова на должность наставника Иваном Никитиным совершено было в присутствии Кроманова, оно, по крайней мере, совершилось ранее 7 часов утра. Николай Прокофьевич Кроманов, брат Савелия, живущий с ним в одном доме, уверяет, что он в 1847 году, как и вообще в каждом году, во время Рождества был в д. Межа, находящейся от Красных Гор на расстоянии 40 верст у Петра Мартимьяновича Антропова, с сестрою коего он живет, и отправившись 25 декабря в д. Межа возвратился только 28 декабря. Показание сие утверждено было раскольником Петром Антроповым.
Раскольник Сидор Дементьев, бывший сотский, показал, что во время Рождества 1847 года Иван Никитин был в д. Красные Горы для совершения погребения умершего тогда наставника Дмитрия Павлова, предшественника Иванова и имел квартиру в том доме, где жил прежде Дмитрий Павлов.
Сам Иван Никитин, допрошенный по требованию Орднунгсгерихта, показал, что он, сколько помнит, вообще не знает Ивана Иванова и что он, по крайней мере, никогда не благославлял его на должность наставника в д. Красные Горы.В то же время Верроский Магистрат сообщил, что Иван Никитин, имеющий 71 год от роду, очевидно сделался уже слабоумным".

От автора:
Это фрагмент из дела, заведенного на воронейского наставника Ивана Никитина (полное имя - Иван Никитич Зайонткин). Одним из обвинений было рукоположение им на должность "расколоучителя" Ивана Иванова в д. Красные Горы, вместо умершего Дмитрия Павлова. Все участники таинства, за исключением новоиспеченного наставника,  дружно отрицали свою причастность к этому значимому событию. Оно и понятно: Савелий Кроманов исполнял обязанности деревенского старосты, Сидор Дементьев (полное имя - Сидор Дементьевич Соловьев) в недавнем прошлом состоял в ранге сотского (помощник полицейского). Проблемы с властями этим влиятельным людям были не нужны. Одно не вызывает сомнений: престарелый Иван Никитич Зайонткин, как наиболее авторитетный вероучитель среди причудских староверов, действительно отпевал усопшего  красногорского наставника и, вне всякого сомнения, посвятил в должность его приемника. А уж кто при этом присутствовал, не суть важно.
Кстати, ранее я предположил, что Сидор Дементьевич Соловьев был православным. Увы, я ошибался...



Упомянутые в тексте братья Савелий и Николай Кромоновы в 1855 году были еще живы-здоровы...

Такая вот история...



На главную                              Немного истории (продолжение)
Subscribe

  • Немного истории...

    Из серии "Красногорцы на фронтах Великой войны" Печальная судьба "Паллады" и Северьяна... В метрической книге…

  • Немного истории...

    Из серии «История одной семьи» Две сестры - две судьбы... Погружаясь в историю Калласте, поймал себя на мысли, что питаю…

  • Немного истории...

    Из серии "Дела старообрядческие" Подозрительная перепись... 15 марта 1839 года "Его Высокопревосходительству…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments