aslend62 (aslend62) wrote,
aslend62
aslend62

Category:

Немного истории...







Скоротечная карьера Филиппа Гусарова...
Газеты  в дотелевизионную  эпоху  служили  для обывателей  главным  источником информации. Они являлись своего рода зеркалом времени. По заголовкам статей  можно было проследить основные вехи жизни человека. Особенно, если тот или иной персонаж становился «героем» приглядных и не очень историй...

Уроженец Калласте Филипп Иванович Гусаров (1906) решил освоить редчайшую для причудских старообрядцев  профессию - стать полицейским. Если в царские времена препятствием для  карьеры в сфере правопорядка могло стать «неправильное» вероисповедание кандидата, то в Эстонской республике  в непреодолимый барьер превращался новый государственный язык, с которым красногорцы на первых порах были глубоко на «Вы». Филипп Гусаров эту проблему, по всей видимости, решил. Возможно, подружился с  riigikeel в период прохождения военной службы.
Недолгая жизнь героя этой истории  нашла отражение на страницах тогдашних газет. Передаю им слово...
Viljandi Uudised: erapooletu nädalaleht, 13 august 1927
"Блюстители порядка из Сакаламаа на спортивной арене"
"В четверг  Вильяндиское общество полицейских организовало среди сослуживцев соревнования по бегу, прыжкам и езде на велосипеде. Результаты следующие:
В беге на 100 метров первым пришел Ватт, за ним Венцель и Гусаров. Лучшее время 12.7
В прыжках в длину лучшим был Ватт (5,59), вторым Гусаров и третьим Венцель.
В высоту результат тот же: Ватт (1,40), Гусаров и Венцель"
Далее читать не буду, поскольку в езде на велосипеде и в беге на 1500 метров мой односельчанин был не столь убедителен и в газетную заметку не попал.
Viljandi Uudised: erapooletu nädalaleht, 2 november  1927
„Хуторянин Генрих Тийт, будучи в подвыпившем состоянии, буянил на улицах Вильянди. Его остановил участковый Филипп Гусаров и приказал следовать за ним в комиссариат. Тийт не подчинился. Гусаров, в соответствии с уставом, применил силу. После чего Тийт вышел из себя, стал оскорблять Гусарова  и даже пытался его ударить. Буйного хуторянина ждет судебный процесс...»
Sakala, № 43, 3 aprill 1928
„Апрельский заезд участкового...»
Взял без разрешения «Форд» и разбил его.
«Вильяндиский парламент в своё время принял решение, согласно которому мотор  автомобилей, которые остаются на улице без водителя, должен  быть защищен от несанкционированного запуска. Хозяин транспортного средства  обязан забирать с собой ключ зажигания или иную деталь, без которой завести  машину невозможно. Утром 1 апреля, в день, когда шутки становятся обычным делом, участковый полицейский Филипп Гусаров тоже решил "прикольнуться". Он зашел на стоянку с целью проверить, все ли  автомобили защищены от угона. В столь ранний час хозяева «железных» коней ещё наслаждались сладким сном, оставив свои дорогие игрушки без присмотра. Гусаров, как полицейский, был обучен вождению. Проверив  дюжину машин и убедившись, что они без владельцев  не сдвинутся с места, молодой блюститель порядка остановился перед «Фордом» под номером 28. Этот черный красавец неосмотрительно был оставлен хозяином полностью в рабочем состоянии. И Гусаров не удержался... После нехитрых манипуляций с  ключами, кнопками и рычагами он запустил двигатель и,  устроившись поудобнее, зашелестел шинами по утреннему городу. На перекрестке улиц Тарту и Таллинн он решил совершить разворот, но случилась оказия: автомобиль перестал слушаться новоявленного шофера и вместо плавного поворота с треском  врезался в ворота предприятия Сейслера. От «Форда» отвалился радиатор и лопнуло переднее колесо. Позднее незадачливый участковый сообщил владельцу автомобилия: «Послушай Шульц, я разбил твою машину».
Скорее всего, этот апрельский заезд будет дорого стоить Филиппу Гусарову. Вполне возможно, его  уволят из органов правопорядка»

Судя по нижеследующей заметке именно так и произошло: за безрассудный поступок моему односельчанину пришлось распрощаться с карьерой полицейского...
Virumaa Teataja, № 70, 26 juuni 1929

Вагонный крюк убил мужчину...
"В субботу 22 июня на станции Kohtla погиб 23-летний Филипп Гусаров. Молодой человек служил временным рабочим на железной дороге. В этот день ему предстояло во время маневрирования поезда  сцепить вагоны. В ходе операции тяжелый крюк ударил Гусарова по голове. Мужчина, теряя сознание, смог пробежать пару десятков метров и затем упал. Пострадавшего занесли в здание станции, но к приезду врача он уже испустил дух. Причиной смерти стало кровоизлияние в мозг, как следствие несовместимой с жизнью травмы".

Такая вот печальная история...

Стоп. Уже после написания поста заказал в архиве служебное "досье" Филиппа Гусарова. Помимо фотографии незадачливого полицейского обнаружил там много интересного о его жизни и скоротечной карьере. Филипп Иванович окончил в Тарту 13 начальную школу и поступил в знаменитую гимназию Хуго Треффнера. В 1925 году, после двух лет обучения (на эстонском языке!), вынужден был оставить это престижное заведение по материальным причинам. Несколько месяцев работал на железной дороге, но после сокращения штатов, ушел и оттуда. Новое место искать не пришлось, поскольку подоспела повестка в армию. Служил Филипп Иванович на знаменитом бронепоезде "Капитан Ирв". После демобилизации подал заявление в Школу полиции. Кандидата, помимо состояния здоровья, проверили на политическую благонадежность и пристрастие к вредным привычкам (алкоголь и азартные игры). Не найдя в биографии абитуриента ничего предосудительного, "таможня дала добро".


Получив на руки служебное удостоверение, мой односельчанин сел за парту. Пять месяцев пролетели незаметно. 10 июня 1927 года новоиспеченный страж порядка принёс должностную присягу и подписался под обязательством посвятить полицейской службе не менее двух лет жизни ( в противном случае пришлось бы возмещать затраты государства на обучение). 11 июня 1927 года приступил к работе с окладом в 7000 марок в месяц.  Первым и, к сожалению, последним местом службы Филиппа Гусарова на ниве правопорядка стал город Вильянди. Оказывается, инцидент с угнанным автомобилем был далеко не единственным"проколом" в его карьере . Были и менее эффектные прегрешения, которые не нашли отражения в тогдашней прессе. Но в служебное дело были скрупулезно занесены. Итак...
1. 11 октября 1927 года участковый Гусаров отсутствовал на ночном дежурстве в течении часа (с 3.30 до 4.30). Напарник Генталин обнаружил своего сослуживца мирно спящим дома.  Командир отделения уже не раз замечал, что молодой полицейский относится к исполнению своих обязанностей крайне небрежно и равнодушно.
2. 18 октября 1927 года Гусаров не явился в суд, куда был вызван в качестве свидетеля. В пояснительной записке указал, что "повестку потерял, а время, указанное в ней, забыл".
3. 30 октября 1927 года Гусаров вновь не заступил на пост. Объяснил проступок тем, что в предыдущую смену простудился  и плохо себя чувствовал. Однако Михкель Генталин, которого должен был сменить Гусаров, рассказал, что, не дождавшись напарника, пришел к последнему на квартиру и разбудил его. При этом Гусаров, проснувшись, ни словом не обмолвился про болезнь, а лишь спросил: "Что, уже пора...?". Генталин оставил ему служебную книжку и, уходя, ещё раз напомнил про дежурство.
4. В январе 1928 года Гусаров задержал двух неизвестных мужчин, которые, будучи в подвыпившем состоянии, передвигались по улицам города на автомобиле, создавая угрозу жизни и здоровью людей. Однако, доставив нарушителей в отделение, Гусаров их, некоторое время спустя, самовольно отпустил, при этом не составил даже протокола.
5. 12 апреля 1928 года в общем зале ресторана "Центральный" распивал пиво с частным лицом, будучи в полицейской форме.
6. 19 апреля 1928 года вместе с сотрудником Политической полиции проводил осмотр помещений гостевого дома "Бристоль". Увидев, что одну из комнат занимает какая-то рабочая организация, публично назвал её "коммунистическим гнездом".

Естественно, широко освещавшийся в печати инцидент с автомобилем, также нашел отражение в личном деле моего односельчанина.
Исходя из всего вышесказанного, префект округа принял решение:



"Участкового города Вильянди Филиппа Гусарова, как не соответствующего занимаемой должности, от полицейской службы в дисциплинарном порядке освободить, начиная с 1 мая сего года".


Полицейская карьера красногорского парня Филиппа Ивановича Гусарова оказалась на удивление скоротечной: один год и один месяц...

Что было далее, читатель уже знает...




Удивительное переплетение судеб...
В списках довоенных обитателей  Калласте обнаружил нетипичную для нашего городка  фамилию: в 1920-х годах в доме под номером 11а проживала семейная пара - Александр (1860) и Евгения (1870) Антоновские.


Какими ветрами их занесло в наши края,  наверняка сказать не берусь, но можно предположить, что виной всему военное лихолетье. Дело в том, что Александр  Иванович был кадровым офицером и на момент поселения в Эстонии состоял в звании полковника. В сборнике „Russian Estonia“ о нем есть следующая информация:
«Александр Иванович Антоновский (7.10.1861 - ?)
Православный. Общее образование получил в военной прогимназии. В службу вступил 18.08.1880. Окончил С.-Петербургское пехотное юнкерское училище. В офицеры произведен в 27-й пехотный резервный кадровый батальон. Подпоручик (ст. 26.02.1886). Поручик (ст. 26.02.1890). Штабс-капитан (ст. 15.03.1899). Капитан (ст. 6.05.1900). На 1.01.1909 капитан Осовецкого крепостного пехотного полка. На 1.11.1911 в том же чине в 96-м пехотном Омском полку. Произведен на вакансию в подполковники (ВП 6.05.1914). Участник Великой войны. На 12.07.1915 полковник 272-го пехотного Гдовского полка. Состоял в резерве чинов при штабе Минского военного округа (с 8.05.1916). На 1.08.1916 в том же чине (ст. 13.07.1915) и резерве.
Награды: Св. Станислава 3-й ст. (1903); Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом (12.07.1915).
В Северо-Западной Армии. В штабе 2-го армейского корпуса».
Последнее предложение все объясняет. После расформирования армии генерала Юденича многие белогвардейцы остались в Эстонии. Полковник Антоновский и его супруга не стали испытывать судьбу и возвращаться  в ставшую чужой большевистскую Россию. Поселились в рыбацком поселке Красные Горы на эстонском берегу Чудского озера. Не знаю как в остальном, но языкового барьера с местными обитателями у них точно не возникло. Мне неведомо, как долго Антоновские прожили в Калласте, но рискну предположить, что здесь они не задержались.  Дело в том, что в республиканских архивах и газетах сведения о семье бывшего царского офицера  напрочь  отсутствуют. Военный человек в звании полковника был достаточно заметной фигурой для маленькой Эстонии,  чтобы о нем ни разу не написали здешние СМИ. Значит, Антоновские навсегда покинули не только Красные Горы, но и страну Калевипоэга. Так поступали многие эмигранты первой волны, для которых приграничные государства были лишь трамплином для переселения в Западную Европу или  за океан. Мне долгое время не давал покоя вопрос: почему высокопоставленный беженец  для временного пребывания выбрал именно наш, Богом  забытый, поселок. Может, бывшим белогвардейцам правительство запрещало селиться в больших городах? Или вчерашний полковник сам предпочел, пусть и провинциальное, но зато русскоязычное поселение? Ответ оказался на удивление прост.






Дело в том, что в Калласте проживала  родная дочь Антоновских - Елизавета Александровна 1901 года рождения. Она вышла замуж за Николая Николаевича Жанжарова (1898) и родила  от него сына Георгия (1921). Где познакомились будущие супруги, судить не берусь, но вполне может статься, что в нашей деревне. По крайней мере, на момент появления на свет первенца, молодожены точно проживали в Красных Горах.


Выписка из метрической книги местной старообрядческой общины за 1921 год


Вообще то, Жанжаровы были родом из Псковской губернии. В конце 19 века один из братьев - Михаил  Петрович (1853), по неизвестной мне причине, обосновался в Калласте и положил начало здешней ветви Жанжаровых. Старший брат Николай (1852 - 1933) остался во Пскове, где имел прямое отношение к появлению на свет 4-х сыновей (Александр, Борис, Николай, Владимир) и трех дочерей (Мария, Елизавета и Зинаида). Кстати, его супругой была Мария Мошарова (1871), дочь красногорского купца Конона Максимовича Мошарова.
Из сборника «Русская Эстония»:
"Александр Николаевич Жанжаров - прапорщик армейской пехоты из унтер-офицеров 75-го пехотного запасного батальона. В Северо-Западную Армию зачислен с 1.11.1919 с назначением в распоряжение начальника 6-й пехотной дивизии. В декабре 1919 в 21-м пехотном генерала Деникина полку. Дальнейшая судьба неизвестна".
Николай и Борис волею судеб в 1920-м году оказались в Калласте, где числились, как военные беженцы. По всей видимости, они тоже имели отношение к Белому движению, в силу чего оставаться в Советской России посчитали опасным. Кстати, Борис и Мария (супруга или сестра?) в 1921 году выступили в роли восприемников (крестных родителей) новорожденного Григория Николаевича.
Думаю, псковские Жанжаровы не случайно начали эмигрантскую жизнь именно с Красных Гор. Ведь здесь проживал их родной дядя - Михаил Петрович с многочисленным семейством, члены которого приходились новоявленным поселенцам кто дядями/тетями, а кто двоюродными братьями и сестрами...

Но вернемся к Николаю и Елизавете.
Жизнь молодых супругов не сложилась. Глава семьи, в отличие от жены и сына,  даже не был внесен в списки жителей Калласте, поскольку появлялся здесь лишь наездами.



Будучи человеком образованным (какое-то время работал учителем в школе), Николай, тем не менее, не сумел найти себя в независимой Эстонии. По всей видимости, сказывалось незнание нового государственного языка. Красногорский период жизни четы Жанжаровых продлился всего четыре года (1920 - 1924). В 1924-м Елизавета Александровна перебралась в Таллинн, а годом позже - в Печоры.


Где в это время находились её муж и сын, сказать не берусь. Кстати, о безотрадной  судьбе Георгия Николаевича Жанжарова я уже писал ранее.
Здесь приведу лишь выписку из приговора:
"Жанжаров Георгий Николаевич, 1921, Калласте. Посл. место службы 17 ЗСП 20 ЗСБ красноармеец,  осуждён 21.11.41 на 10 лет с поражением в правах на 5 лет, без конфискации. Обвинён в антисоветской и пораженческой пропаганде".
О послелагерной жизни узника Гулага (если таковая была) мне пока ничего не известно. В Эстонию Георгий Жанжаров не вернулся.
Судьба его матери - Елизаветы Антоновской была не столь драматична. Она пребывала  на территории Эстонии как минимум до середины 1920-х годов. На допросе в СМЕРШ осенью 1941 года Георгий утверждал, что рос с отцом и тетями,  а мать в конце 1920-х уехала в Америку. То, что Елизавета Александровна, действительно,  покинула Эстонию, сомнений не вызывает. Только обосновалась она не в США, а во Франции. Вышла замуж  за русского эмигранта,  бывшего мичмана Балтийского флота,  Дубенцева Петра Андреевича (1983 - 1944) и взяла его фамилию. Не исключено, что новый супруг также какое-то время жил в Эстонии. Может быть, здесь  и познакомились. Но это не факт. С большой долей вероятности смею предположить, что родители Елизаветы  - Александр и Евгения Антоновские уехали вместе с дочерью. В 1925 году в списках пассажиров корабля, следовавшего из Марселя в Нью-Йорк,  значился некто Александр Антоновский, но это, конечно, мог быть просто полный тезка  полковника русской армии.
Кстати, родной брат нашего временного поселенца - Евгений Иванович Антоновский также выбрал военную стезю.  После крушения Белого движения покинул Россию и завершил свои дни в эмиграции. В сети нашел следующую информацию:
«Антоновский Евгений Иванович. 1-й кадетский корпус 1911. Капитан л.-гв. Павловского полка. В Добровольческой армии. Участник 1-го Кубанского похода в Офицерском полку; в июле 1918 командир 6-й гвардейской роты 1-го Офицерского (Марковского) полка, авг. 1918 командир 14-й роты того же полка; в июле 1919 командир роты в батальоне своего полка в Сводно-гвардейском полку. Участник Бредовского похода. В июне 1920 в лагере Стржалково в Польше.  Полковник. В эмиграции в США или Канаде. Умер после 1951".
Елизавета Александровна Антоновская, она же Жанжарова и Дубенцева, упокоилась на французской земле в возрасте 82-х лет и похоронена на  знаменитом русском кладбище под Парижем Сент-Женевьев-де-Буа.
Судя по фотографии на надгробье, была она натурой творческой и артистичной. Даже  посмертный облик запечатлела в  театральном кокошнике. А знаменитые тютчевские строки на памятнике лишний раз подтверждают, что погребенные под этим крестом, прожив большую часть жизни в эмиграции, остались русскими по духу людьми.
Второй супруг  Елизаветы Антоновской  -  Петр Дубенцев скончался в 1944 году в Берлине и был предан земле на православном кладбище Тегель. Судя по всему, его прах позже перезахоронили на Сент- Женевьев-де-Буа. Кем чете Дубенцевых приходился  маркиз Александр Алесандрович Андро де Ланжерон (1893 - 1947), похороненный здесь же, мне выяснить не удалось. Но, судя по кириллическому написанию имени, он также был родом  из  России.
Николай Николаевич Жанжаров, после расставания с дочерью полковника Антоновского, поселился в  Латвии. Из полицейской картотеки города Таллинна следует, что в 1927 году столицу Эстонии покинул (и выехал на жительство в Латвию) престарелый отец героя этой истории - Николай Петрович Жанжаров.

Думаю, в это же время, или чуть раньше, завершился эстонский период жизни и у его сына. От присоединения прибалтийских республик в 1940-м году к СССР Жанжаров-младший восторга не испытал. В годы Второй Мировой войны служил в созданном гитлеровцами  из местных русских полицейском батальоне в звании лейтенанта. В январе 1944 в латышской газете дал объявление о разводе с бывшей женой, о местонахождении которой уже давно не имел ни малейшего представления. Вместе с отступавшими немецкими войсками Николай покинул Прибалтику. Поселился в Западной Германии. Здесь  оформил отношения  с уроженкой Польши Марией Гулевич (1933), которая была младше мужа на 35 лет!!! В 1956 году супруги Жанжаровы значатся в списке пассажиров судна, которое из  порта Бременхавен отправилось в США.


Остаток жизни Николай Николаевич провел в Америке. От второго брака  имел двух сыновей: Георгия (1954) и Бориса (1959). Рискну предположить, что, как первое, так и второе имя он выбрал не случайно. Оставшегося в Эстонии и, скорее всего, сгинувшего в глубинах Гулага  первенца, также звали Георгий. А Борисом был наречен родной брат героя этой истории, с которым последний на заре Эстонской республики проживал в Калласте. Скончался военный беженец и эмигрант в июне 1972 года на территории нью-йоркского  округа  Бруклин. Там же и похоронен. В регистре штата Нью-Джерси за 1980-й год указано, что  Мария Жанжарова, урожденная Гулевич, сочеталась браком с  неким Владиславом Свярковым. Что ж, жизнь продолжается... Потомки Николая Николаевича полностью американизировались и вряд ли в курсе, что в их жилах течет кровь в том числе и красногорских староверов. Хотя, кто знает. По крайней мере, фамилию своего предка они сохранили. Правда,  по причине отсутствия в латинском алфавите буквы «ж», именуются «ZANZAROV“ыми.

Вот лишь некоторые из них...

                     
George Zanzarov             Boriss Zanzarov         Elena  Zanzarov (дочь Бориса)       Emily Zanzarov (дочь Бориса)

                                         
Denise Zanzarov (супруга Бориса)   Kathryn Zanzarov (дочь Бориса)    Danielle Zanzarov (дочь Георгия)


Судьбы двух оставшихся в Эстонии представителей калластеской ветви рода Жанжаровых оборвались в годы Второй Мировой войны. Как читатель уже догадался, речь идет о двоюродных племянниках Николая Николаевича Жанжарова:
Жанжаров Николай Дементьевич 1910 Пропал без вести в 1941 г. при эвакуации ИБ из Калласте. Вместе с Ландсберг Сафонием они столкнули найденную на берегу лодку и ... больше их никто не видел. По словам очевидцев, лодка была в очень плохом состоянии, поэтому другие бойцы плыть на ней отказались.
Жанжаров Маркел Дементьевич 1912 Арестован 16.08.1941 в Калласте местным констеблем Хуго Леего. Расстрелян в Тарту 25.10.1941 ( по другим сведениям - 10.10.1941г. Эту дату сообщили супруге Маркела, Екатерине Феклистовой, в конце октября 1941 года в сером здании по улице Рийа, куда она пришла узнать о судьбе мужа, прим. автора). В обвинении сказано: "Носил в кармане портрет Сталина, а на ремне красную звезду. Участвовал в советское время в шествиях и митингах. Член ИБ, носил на рукаве красную повязку, имел при себе винтовку. Отдавал приказы к задержанию и аресту недовольных коммунистическим порядком." По словам самого Маркела, он приехал в Калласте из Таллинна 9 июля 1941 г. и получил от Ульяна Плешанкова красную повязку и винтовку: "23.07.41 меня мобилизовали в Красную армию, но я не явился на сборный пункт в Муствеэ, а укрылся в Калласте. Винтовку спрятал близ Омеду. В лес идти не рискнул, т.к. боялся, что там меня убъют эстонцы. В грабежах участвовал не я, а мой брат Николай Женжаров..."


Такая вот история...

На главную                                     Немного истории (продолжение)
Subscribe

  • Немного истории...

    Дамский велосипед фирмы «Пенза»... Курьезных случаев в истории Калласте было не счесть. К сожалению, многие из них…

  • Немного истории...

    Совладелец стекольного завода... 14 июня 1941 года Иосиф Сталин, посчитав, что прибалты недостаточно лояльны к советской власти,…

  • Немного истории...

    Из серии "Дела старообрядческие" "Крепкий орешек" Марья Степановна... Еще одним направлением в борьбе с приверженцами…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments