?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Немного истории...

                 Учитель




Погружаясь в события прошлого, я всё больше начинаю ценить  жизнь сегодняшнюю. Речь, конечно, не о  смартфонах и «всемирной паутине», а о чувстве свободы и безопасности, отсутствии  страха перед  государством - левиафаном, которое с ухмылкой попирает  твои, где то там прописанные права...
Не перестаю удивляться превратностям человеческой судьбы. Начиная жизнь в одном, казавшимся таким незыблемым, государстве, беспечный обыватель, по  чьей-то злой воле или прихоти, «просыпался» в другом - близком  или враждебном, это уж как повезёт. Затем рушился и этот мир, с которым  только-только свыкся и смирился. Фортуна  выписывала очередной кульбит, который  завершался для  одних расстрельным подвалом или лагерной пайкой, для других - неведомой прежде  заграницей. Опять же,  как повезёт...





В середине 1930-х годов  в  стенах  Калластеской  начальной школы сеяла «разумное, доброе, вечное»  учительница  с  диковинным  для  здешних мест  именем и запоминающейся фамилией - Лючия Пекарская (в девичестве Bendt).



Лючия Пекарская среди учеников и учителей нашей школы (верхний ряд, четвертая справа). 1937 год


Это обстоятельство я использую лишь как  повод, чтобы  рассказать  печальной о судьбе  её мужа - человека неординарного и бесстрашного, наделённого несомненным литературным талантом  - Никандра  Ивановича Пекарского.

Из протоколов допроса Пекарского Никандра Ивановича 1890 г.р., уроженца г. Муствеэ, русский, женат, учитель сельской школы, арестованного  27 июля 1940 года в г. Муствеэ по ул. Нарвская 155.
Вопрос: Вы арестованы за проводимую Вами враждебную деятельность против Советского Союза. Предлагаем дать подробные показания по этому вопросу.
Ответ: Враждебной деятельностью против СССР я не занимался и поэтому показать мне нечего.
Вопрос: Перестаньте сопротивляться и говорите правду о вашей враждебной деятельности, которую Вы проводили на протяжении ряда лет, как  против Советского Союза, так и против рабочего класса Эстонии.
Ответ: Я говорю правду.
Вопрос: К этому вопросу мы ещё вернёмся. А сейчас расскажите подробнее о Вашем социальном происхождении. Кто были Ваши родители?
Ответ: Мой отец был портным в Муствеэ, мать - домохозяйка.
Вопрос: Наемную рабочую силу отец имел?
Ответ: Да, имел. Постоянно у отца работал ученик. Примерно с 1888 по 1910 год. Когда было много работы (перед праздниками) отец брал к себе работников - портных, не более двух, которые и работали у него. С 1910 года отец работал  вдвоём с матерью без всякой посторонней помощи.
Вопрос: Какое Вы имеете образование?
Ответ: Я имею среднее образование. До 1906 года я находился на иждивении родителей, затем поступил в Учительскую семинарию в Тарту, которую закончил в 1910 году. После этого работал учителем в Пайде и в местечке Кегель. Откуда был призван в армию.
Вопрос: В царской армии Вы служили?
Ответ: В 1914 году я был призван в армию и до мая 1915 года служил вначале рядовым, а потом ефрейтором в крепости Свеаборг. В мае 1915 года я экстерном  сдал экзамен на звание прапорщика. В конце 1916 года меня произвели  в подпоручики  и я служил в этом чине до февраля 1918 года. Я был начальником пулемётной команды системы «Кольт».
Вопрос: В каких ещё армиях служили?
Ответ: В январе 1918 года я получил отпуск и приехал в Муствеэ. Здесь я подал заявление о зачислении меня в эстонский национальный полк, но вскоре произошла оккупация Эстонии немцами. Во время оккупации я проживал в Муствеэ. В ноябре 1918 года, когда немцы ушли, я узнал, что занесён в список офицеров, которые подлежат аресту и расстрелу в случае занятия Муствеэ красными войсками. Это мне передали спекулянты. Боясь  расстрела, я за 15 минут до прихода красных войск, в декабре 1918 года, бежал из Муствеэ  в Тарту. Здесь я поступил в эстонскую милицию и пошёл сражаться против Красной армии. Из добровольцев был создан батальон, которым командовал Юлиус  Куперьянов. В составе этого батальона я воевал против Красной армии, вначале младшим, а затем старшим офицером. Позже - начальником пулемётной команды и командиром батальона на бронепоезде.
Вопрос: А в армии Юденича вы служили?
Ответ: Нет, в армии Юденича я не служил.
Вопрос: Эстонская армия имела контакт с армией Юденича?
Ответ: Эстонская армия вела борьбу против красных в контакте с белогвардейцами Юденича.
Вопрос: Значит, Вы знали, что ведёте борьбу  против Советской России на стороне армии Юденича?
Ответ: Да, я это знал. Но армия Юденича была монархической. Это мы знали и этого боялись. Я боролся за демократическую Эстонскую республику.
Вопрос: Сколько времени Вы участвовали в боях против Красной армии? Признаёте себя виновным в этом.
Ответ: С декабря 1918 по февраль 1920 года я сражался против Красной армии. В этом признаю себя виновным.
Вопрос: Почему Вы, будучи русским, поступили в эстонскую армию.
Ответ: В эстонскую армию я пошёл потому, что знал эстонский язык, так как происхожу из смешанной семьи (бабушки - эстонки). Кроме того, я имел много родственников эстонцев. К тому же родители просили меня далеко не уезжать.
Вопрос: Расскажите подробнее о деятельности батальона Куперьянова.
Ответ: Отряд  Куперьянова являлся отдельной боевой единицей эстонской армии. В своём распоряжении он имел около 300 человек, при нём ещё была команда конных разведчиков. В задачу отряда входило вести борьбу с местными большевиками и восставшим населением, а также оказывать сопротивление отдельным подразделениям Красной армии. В основном отряд первое время занимался вылавливанием местных большевиков, которых на месте расстреливали  и вешали. Одновременно с  этим отдельные группы отряда проникали в тыл Красной армии и там проводили ликвидацию комитетов трудящихся.  Руководителей этих комитетов либо на месте расстреливали, либо привозили в штаб отряда - в имение Пурман,  где также расстреливали или вешали. Кроме того, отдельные группы отряда занимались грабежом  как на территории Эстонии, так и в тылу Красной армии. Моя личная практическая деятельность в этом отряде заключалась в том, что я участвовал в боевых операциях против Красной армии. Все приказы, которые я получал, были боевого характера и не касались расстрелов пленных красноармейцев. Этим занимались другие офицеры.
Вопрос: Назовите их имена.
Вопрос: Ещё раз настаиваем на даче правдивых показаний о Вашей личной деятельности в отряде Куперьянова.
Ответ: О себе добавить к тому, что показал, больше нечего.
Вопрос: Вы упорно пытаетесь скрыть  свою деятельность в этом отряде, но это совершенно напрасно. Нам известно о деятельности батальона Куперьянова, в частности, о «геройских подвигах «Никандра». Вы намерены показать правду о своей деятельности в Куперьяновском отряде?
Ответ: Я показал правду о себе  и о деятельности отдельных членов этого отряда. Должен сказать, что воспоминания о «геройских подвигах Никандра» были напечатаны в эстонском журнале «Сыдур» и автором этих воспоминаний был участник войны и мой бывший коллега по Раюшскому училищу - Густав Матцен. Но целый ряд моментов в этих воспоминаниях, как о деятельности всего отряда, так и моей лично, являются легендарного свойства. Обо мне Матцен написал в связи с тем, чтобы подготовить почву для моей амнистии. Дело в том, что  1 мая 1935 года я получил наказание, которое заключалось  в том, что директором Департамента полиции я был арестован на три месяца, а бывшим эстонским правительством лишен учительского звания и прав на пенсию.
Вопрос: За что Вы в 1935 году привлекались к ответственности эстонским правительством?
Ответ: За неодобрительные отзывы и оскорбительные выражения, допущенные мною в адрес эстонского правительства.
Вопрос: Продолжайте показания о проводимой Вами враждебной деятельности против СССР после того, как Вы были демобилизованы из эстонской армии. Чем Вы занимались после демобилизации?
Ответ: Больше мне показать нечего, так как моя враждебная деятельность  против Советской власти на этом закончилась.  Как только был заключён мир между Эстонией и Россией, я ушёл из армии. Вначале около 3-х месяцев я работал переводчиком эстонских статей для русских газет. Впоследствии начал составлять различные учебники. С 1923 года по настоящее время я учительствовал с небольшим перерывом ( с 1935 по 1938 год я был лишён учительского звания и вынужден был заниматься случайными работами). Хочу добавить, что после демобилизации я несколько месяцев работал в советском Постпредстве в качестве переводчика:  переводил для советских дипломатов некоторые статьи из эстонских газет.
Вопрос: Почему Вы выбрали для себя место работы именно в советском постпредстве, а не в эстонских учреждениях?
Ответ: Это получилось потому, что в то время я не мог найти работу.
Вопрос: Странно получается, что вы до службы в эстонской армии имели работу, а после того, как геройски отличились  в эстонской армии в борьбе против Советской власти, Вы не могли получить работу. В данном случае Вы также показываете неправду. Настаиваем дать правдивые показания, по заданию кого и с какой целью Вы стремились попасть в Советское постпредство?
Ответ: Никаких других целей у меня не было. Я хотел только получить работу. Я демобилизовался в летнее время и поэтому учительской работы получить не мог в центральных городах, а в провинцию возвращаться не желал.
Вопрос: Объясните, как Вы получили работу в Советском постпредстве?
Ответ: Это произошло случайно. В одной из русских столовых в Таллинне я разговорился  с заведующим оптационной комиссии Алдониным (имя и отчества не помню). Не зная, кто он, я в беседе с ним рассказал о своём тяжёлом материальном положении. Встречаясь с ним в дальнейшем, я уже знал, кто он, поэтому стал просить дать мне какую-нибудь работу. Алдонин предложил мне переводить на русский язык отдельные статьи из эстонских газет, которые, на мой взгляд, могли быть интересны советскому Постпредству. За эту работу он мне обещал каждый месяц платить  5000 марок. Это меня устраивало и я, по договоренности с Алдониным, каждое утро к 9 часам стал приходить с готовым переводом в гостиницу «Империя», где проживали в это время члены оптационной комиссии. Так я проработал около 3-х месяцев. Вначале я получал деньги лично от Алдонина, но последний раз уже от незнакомого мне человека в советском постпредстве и должен был расписаться за получение.
Вопрос: Где Вы ещё работали?
Ответ: В марте 1921 года я получил место учителя в эстонской школе в местечке Койру  Пайдеского уезда. В 1922 году я перебрался в Нарву, где также работал учителем. В это время я писал учебники:  по географии Эстонии, эстонско-русский словарь, две таблицы гимнастических упражнений и учебник русской грамматики. В 1927 году я поступил учителем, а годом позже и заведующим, в школу деревни Рая рядом с моим родным городом Муствеэ. Там я работал до моего ареста 1 мая 1935 года. До конца 1937 года работал на случайных работах (плотника, обойщика, чернорабочего). В 1938 году я получил место учителя на острове Колпино, где проработал два года.
Вопрос: В каких партиях Вы состояли и состоите?
Ответ: Будучи в семинарии, с 1906 по 1910 год, я состоял в подпольной эсеровской ячейке, которой руководил Фуников Андрей Никифорович. По окончании семинарии я проводил в жизнь эсеровские идеи по месту своей работы. В 1917 году в Тернопольском полку я организовал общество офицеров-республиканцев из офицеров левых взглядов. Будучи не согласным  с политикой большевистской партии в вопросе войны и мира, я вместе с другими эсерами вёл среди солдат пропаганду против большевистского лозунга - «Мир без аннексий и контрибуций», а также против братания.
В 1920 году, после демобилизации из эстонской армии, я баллотировался  в парламент Эстонии. Для того, чтобы привлечь внимание к своей кандидатуре я обратился в редакцию эсеровской газеты «Народное дело» и установил связь с работником  редакции вышеназванной газеты Епифановым. В беседе с ним я поделился информацией о своей деятельности против большевиков в 1917 году и вообще о своих взглядах. Епифанов  мне говорил, что эсеровская организация Эстонии связана с социалистами-революционерами, которые находятся на территории СССР. Там,  мол, есть много эсеровских ячеек среди крестьянства и эти ячейки представляют такую силу, что в скором времени свергнут большевиков. Причём он говорил, что всеми эсерами в СССР, якобы, руководят из Эстонии.  Епифанов предложил мне заняться организацией эсеровских ячеек по Причудскому краю, но я отказался принять его предложение, заявив, что в этом районе население состоит из старообрядцев и торговцев.
Вопрос: В чём заключалась Ваша практическая эсеровская деятельность?
Ответ: Я писал в их газету статьи об экономическом и правовом положении русского народа в Причудье. Больше у меня с ними ничего общего не было.
Вопрос: Какое политическое направление имела эсеровская газета, в которой Вы печатались?
Ответ: Эта газета была антибольшевистского направления. Она явно выражала своё враждебное отношение к Советскому Союзу. В каждой статье народ призывался к борьбе с большевиками .
В 1924 или 1925 году я недолгое время состоял в социалистической партии Эстонии. Являлся секретарем Нарвского отделения партии.  Из этой партии я вышел, так как разошёлся во взглядах.  После этого я попытался вступить в более левую партию, которую создавал  бывший артиллерийский офицер Абрамсон. Но вскоре я узнал, что эту партию организовали по поручению буржуазного деятеля Константина Пятса в провокационных целях - для подрыва рабочего движения в Эстонии. После чего я никакой связи с этой партией не имел.
Вопрос: В каких обществах или союзах Вы состояли?
Ответ: Я был почетным членом Русского культурно-просветительного общества и больше нигде не состоял. Просветительское общество политической окраски не имело. Мне не известно, чтобы оно проводило работу, направленную против СССР. Отдельные его члены из эмигрантов пытались  вести антисоветскую пропаганду при случае, когда молодёжь запевала советские песни. К этим лицам относятся: Титов Фёдор Иванович, Кудринский Александр Сергеевич (доктор) и Воеводская Анна Иосифовна ( учительница). Все проживают в Муствеэ.
Вопрос: Что из себя представляло «Освободительное движение»  вапсов и Ваша принадлежность к этому движению?
Ответ: Движение вапсов началось в Эстонии в 1933 году. Освободительным оно называлось потому, что его членами могли быть только участники т.н. Освободительной войны 1918 - 1920 годов.  Участником этого движения я не являлся, но был его сторонником. Так,  зимою 1934 года, выступая на собрании социал-демократической ячейки, я одобрял лозунги вапсов, такие как  «Долой коррупцию» и « Работу безработным». Кроме этого я голосовал за предложение вапсов об изменении конституции и был на их собрании в Муствее, где выступал руководитель вапсов  - Артур Сирк.
Вопрос: Какова  была политическая ориентация  вапсов?
Ответ: Организация вапсов  по её политической ориентации являлась фашистской. Цель у неё была - свергнуть организованным путём эстонское правительство и заменить его своими сторонниками. Кроме того, предоставить в Эстонии немцам военную базу для наступления на Советский Союз. Существовала эта организация на немецкие деньги.
Вопрос: Откуда Вам это известно?
Ответ: Об этом мне стало известно от одного бывшего офицера эмигранта, по фамилии Толмачев, который жил в  Таллинне и имел там контору грузовых машин. Когда он ко мне заезжал, то об этом рассказывал, предлагая принять участие в их организации и создать местную ячейку вапсов. С ним был купец  Мурников из Таллинна.
Вопрос: Вы, конечно, как участник Освободительной войны, согласились на это предложение?
Ответ: Нет. Участником этой организации я не стал и от предложения отказался.
Вопрос: Говорите правду о Вашей принадлежности к фашистской организации вапсов и о практической деятельности своей,  как участника  этой организации.
Ответ: Я говорю правду, что участником фашистской организации вапсов я не был. Но являлся лишь сочувствующим этому движению.
Вопрос: Вы являлись членом «Кайтселийт»?
Ответ: Да, я состоял в «Кайтселийт», но в том, который был организован во время Освободительной войны  в 1918-1919 годах.
Вопрос: При каких обстоятельствах Вы вступили в эту организацию?
Ответ: Осенью 1918 года, сразу же после отъезда немецких оккупантов из Эстонии, эстонское правительство объявило мобилизацию для борьбы с большевиками. Я в то время враждебно был настроен против большевиков и установления Советской власти в России, поэтому отправился в Тарту, чтобы добровольно выбрать какую-нибудь воинскую единицу для несения службы во имя спасения родины. Я узнал, что на Обводной улице состоится организационное  собрание русской воинской единицы. На этом собрании были собраны офицеры и штатские из князей, фабрикантов и помещиков. Все выступили за немедленную организацию воинской единицы на территории Эстонии, и чтобы эта единица развернулась в армию. Цель этой единицы была определена такая - вести борьбу с большевиками для восстановления в России монархии. Главный вопрос - где взять средства для существования армии? В результате выступлений присутствующих было решено принять помощь от местных немецких помещиков, а в дальнейшем добиваться изыскания средств у международной буржуазии. Я попросил слова и поддержал предыдущих ораторов в необходимости создания русской боевой единицы для борьбы с большевиками, но был против ориентации на местных немцев и предложил войти в контакт с эстонским правительством. К моему предложению отнеслись иронически, после чего я покинул это собрание. На следующий день я отправился в штаб  «Кайтселийт» и добровольно вступил  в эту организацию. Мне выделили 10 человек и поручили организовать «Кайтселийт» в  Муствеэ. Но так как я в это время учительствовал, то не имел времени и созданием «Кайтселийт» из жителей Муствее и окрестных деревень занялся прапорщик Кырв. «Кайтселийт» Тартуского уезда с  января месяца 1919 года стал именоваться партизанским отрядом  Юлиуса Куперьянова. Этому отряду была присвоена эмблема батальона смерти - чёрный щит с черепом и двумя костями.
Вопрос: Ранее Вы показали, что в батальоне Куперьянова Вы  не получали приказов расстреливать местных коммунистов и пленных красноармейцев. Ещё раз настаиваем дать правдивые показания. Имели ли место такие приказы?
Ответ: Такие приказы имели место и я, как и другие офицеры батальона, их также получал. Я неверно показал, что не получал таких распоряжений из-за боязни понести суровую ответственность. Помню, примерно в первых числах января 1919 года, мне было дано приказание расстрелять  двух местных коммунистов. Я  этот приказ передал подпоручику Саула, от которого эти коммунисты из под расстрела убежали, пользуясь тем, что было темно и у одного из них оказался револьвер, из которого была открыта стрельба.
Вопрос: Как могло получиться, что у приговорённых к расстрелу коммунистов оказался револьвер?
Ответ: Я считаю, что в этом случае была допущена халатность в том, что при задержании эти коммунисты не были обысканы, а мои подчинённые понадеялись, что они были обысканы и повели их на расстрел, не проверив.
Вопрос: Кто были эти коммунисты?
Ответ: Они были из местных, но фамилий их я не знаю.
Вопрос: Скажите, факты, изложенные в вашей рукописи, которая была изъята у Вас на квартире, соответствуют действительности?
Ответ: Да, все факты изложены  верно.
Вопрос: На одной странице Вы пишите, что Вам приходилось иметь дело с  местными идейными коммунистами и одного из них было приказано повесить. Однако, он сам влез на дерево, укрепил там веревку и с возгласом: «Да здравствуют красные!» бросился вниз и геройски умер. Почему Вы об этом случае умолчали на допросе.
Ответ: Этот случай мною описан со слов других.


Вопрос: Назовите Ваших родственников, проживающих в Эстонии.
Ответ: В Эстонии проживает моя сестра - Блауберг  Ольга Ивановна. Её муж - Йоханнес Густавович преподаёт в Ракверской гимназии. Брат - Пекарский Александр Иванович, проживает в  Муствее по Нарвской улице 88 , где имеет мелочную лавку. Ещё один брат - Пекарский Алексей Иванович, проживает в Таллинне и работает на ситцевой фабрике.
Вопрос: Где Вы ещё имеете родственников?
Ответ: На  территории Советского Союза  должен проживать мой брат - Пекарский Иван Иванович, точного адреса его я не знаю, так как связи с ним не имел с 1930 года.
Вопрос: Когда и как ваш брат оказался в СССР?
Ответ: Он нелегально ушёл в Советский Союз в 1924 году.
Вопрос: Почему нелегально?
Ответ: Для официального выезда из Эстонии требовались большие расходы и много документов.
Вопрос: Вы были осведомлены о намерениях вашего брата совершить нелегальный переход в СССР?
Ответ: Да, и кроме того, я сам советовал ему уйти в СССР.
Вопрос: С какими заданиями Вы послали своего брата в СССР?
Ответ: Я ему лично никаких заданий не давал.
Вопрос: Говорите правду! С какой разведкой Вы  были связаны и с каким заданием он был направлен в СССР?
Ответ: Я и мой брат ни с какими разведками связаны не были.
Вопрос: Тогда объясните,  для чего вашему брату - Пекарскому Ивану Ивановичу,  подвергать себя ответственности перед советским правительством за нелегальный переход границы и подвергать своих родителей и Вас ответственности перед эстонской разведкой, которая, как нам известно, родственников перебежчиков на территорию СССР преследовала?
Ответ: Дело в том, что брат, находясь в Эстонии, не мог подобрать себе работу, несмотря на то, что имел сельскохозяйственное образование. О том, что ему придётся подвергнуться наказанию в СССР и что я с родителями в Эстонии буду преследоваться, мы, конечно, знали,  но, несмотря на это, брат всё же решил идти в СССР и я ему в этом поспособствовал. Он нелегально перешёл границу на лодке с рыбаком Коношиным. После ухода брата я с ним переписывался до 1930 года и получил от него около 30 писем. Однажды он прислал телеграмму, где просил помочь ему материально.  Я сделал четыре денежных перевода, а в 1926 году послал ему бельё, но посылка почему то вернулась обратно. Брат вначале жил в Луге, а потом в Ленинграде на Васильевском острове...




На главную                                             Продолжение следует...