August 25th, 2019

Немного истории...









Страсти по почтампу...

Сегодня люди обмениваются информацией через мобильные телефоны и всемирную паутину. В начале 20 века письма писались на бумаге и разносил их почтальон. Не случайно первая эстонская регулярная газета называлась «Pärnu Postimees». Правда, уже существовали телефон и телеграф, но они оставались прерогативой больших городов. Селяне могли рассчитывать лишь на получение почтовых отправлений. Но и с этим кое-где были проблемы...
Деревня Красные Горы находилась на внушительном  удалении от ближайших отделений связи: 50 километров  до Юрьева (Тарту) и 20 до посада Черный (Муствеэ). Как говориться, не наездишься, если вдруг понадобится отправить или получить корреспонденцию. Честно говоря, собственно обитатели Калласте в то время не очень то и нуждались в почте. По причине недостаточной  грамотности, письма они писали редко. Однако, хозяину имения Кокора было о чем горевать. За каждым, присланным на его имя, конвертом приходилось гнать лошадей в Тарту или Муствее. Поэтому, не стоит удивляться, что именно владелец  вышеназванной мызы - 26-летний Курт фон Ратлеф (1881 - 1921) и выступил инициатором открытия в своих владениях - в деревне Красные Горы - почтового отделения. Помимо кабака и регулярных ярмарок, Калласте имел ещё одно преимущество перед другими поселениями: здесь останавливался пароходик, курсировавший по Чудскому озеру между Тарту и Муствеэ. В те времена это был самый удобный способ добраться до уездного центра...
Сказано - сделано. 24 мая 1907 года Ратлеф обратился к Лифляндскому Губернатору с предложением открыть в Красных Горах узел связи на следующих условиях: в течение первых трёх лет все расходы на содержание почты, кроме зарплат служащим, возьмет на себя приход Кодавере. Речь шла примерно о 800 рублях в год (помещение с мебелью и отоплением, собственно доставка отправлений, канцелярские принадлежности и т.п.)
Кодаверского приходского попечителя Курта Густавича фон Ратлефа, проживающего в имении Кокора Юрьевского уезда, прошение:
«Представляя при сём копию протокола Кодаверского приходского конвента от 1 декабря 1906 года, одобренного Лифляндским Губернатором 10 февраля сего, 1907, года имею честь покорнейше просить ходатайства Вашего Высокородия об открытии с 1-го июля сего года почтового отделения в деревне Красные Горы, находящейся в 45 верстах от Юрьева, при следующих условиях.
1. Кодаверский приход предоставляет для почтового отделения на три года бесплатное помещение с необходимой мебелью, отоплением и освещением, состоящее  из одной комнаты с кладовкой для самой конторы, трёх комнат для начальники отделения  и одной комнаты для почтальона.
2. Кодаверский приход принимает на себя, без всякой от казны платы, на три года перевозку до Юрьевской Почтово-телеграфной конторы и обратно почтовых сообщений, которые будут отправляться в Юрьев и обратно два раза в неделю, а именно: один раз на двух и один раз на одной лошади. Почта будет перевозиться на лошадях почтовой станции Коса и Юрьева.
3. Требуемые законом 195 рублей, из которых 75 рублей на первоначальное обзаведение и 120 рублей на канцелярские в течении трёх лет расходы, считая на этот предмет по 40 рублей в год, будут мною единовременно и немедленно внесены по получении на это соответственного указания. При этом считаю долгом пояснить, что деревня Красные Горы имеет населения 2000 душ, а торговля и промышленность в ней довольно развиты: имеется аптека, двухдневная ярмарка в марте месяце, два базарных дня в неделю, несколько лавок и другие торгово-промышленные предприятия.
В завершении присовокупляю полную уверенность, что расход, имеющий отпускаться казной на содержание почтовых чинов, будет вскоре же возмещён значительною прибылью, так как учреждение быстро разрастётся».

Естественно, барон не собирался нести все расходы сам. Интерес к проекту, помимо Кокора, проявили ещё 9 имений и волостей, которые рассчитывали получать корреспонденцию через красногорское почтовое отделение. Составили смету в зависимости от площади административных единиц.
«Предлагая, что простая и денежная корреспонденция два раза будет ходить из Юрьева в Красные Горы и обратно, а приходской почтальон два раза в неделю будет разносить корреспонденцию по приходу, издержки на почту за три года, то есть до того времени, когда, вероятно, почта будет взята  на себя правительством, составляют 800 рублей ежегодно, которые раскладываются следующим образом»:
Больше всех должны были вложиться мыза и волость Аlatskivi (Allatzkiwwi) - по 89 рублей 35 копеек. За ними шли: 
Kavastu (Kawast) - по 65 рубля 43 копейки.
Kokora (Kockora) - по 53 рубля 10 копеек. 
Ranna (Tellerhof) - по  45 рублей 10 копеек.
Halliku (Hallick) - по 43 рубля 20 копеек.
Pala (Palla) - по  42 рубля.
Jõe (Jaegel) - по  20 рублей 30 копеек.
Saare (Saarenhof) - по 19 рублей 47 копеек.
Kadrina (Hohensee) - по 15 рублей 85 копеек.
Roela (Rojel) - по 6 рублей 20 копеек.






Уездное и губернское начальство поддержало инициативу Курта фон Ратлефа и проекту был дан зелёный свет. Что не удивительно, ведь львиную долю расходов на содержание почты взвалили на себя местные власти, избавив казну от обременительных трат. Одобрил предложение кокоровского помещика  и Лифляндский губернатор Николай Александрович Звегинцов (1848 - 1920).

Правда, оперативно реализовать задуманное не получилось. Торжественное открытие общественно-значимого объекта  всё время откладывалось. Первоначальную дату  - 1 июля 1907 года, пришлось перенести аж на... 10 месяцев. Причина были разные: от бюрократических проволочек до задержек с финансированием.  Дело в том, что «спонсоры» должны были внести в уставной капитал новой конторы единовременно 195 рублей. Деньги на счёт поступили лишь 18 марта 1908 года.

Затем выяснилось, что предложенное Ратлефом помещение, мягко говоря, не готово к приему почтовых служащих. Дело в том, что под узел связи отвели второй этаж в частном доме, принадлежащем красногорскому купцу Макею Павловичу Варунину (1870 - 1917). Здание было вместительным и располагалось в самом центре деревни, однако его комнаты нуждалось в серьёзном ремонте...



Наконец, 1 мая  1908 года почтовое отделение в Калласте распахнуло свои двери для посетителей. Сотрудников, на первых порах, было лишь двое: заведующий и почтальон. Первым начальником красногорского  почтампа стал чиновник 6 разряда Петр Коорт.

Ему полагался оклад в 450 рублей в год. Почтальону платили на порядок меньше -  174 рубля за тот же период времени.
С 1 октября 1909 года Калластеский узел связи принял на себя также функцию Сберегательной кассы,  то есть стал  принимать и выдавать не только корреспонденцию, но и деньги.

Всё бы ничего, но договоры имеют свойство заканчиваться. Подошло к концу и трёхлетнее соглашение между губернскими властями и кокоровским помещиком, согласно которому, последний изыскивал по 800 рублей ежегодно на содержание почтового отделения в Красных Горах. Владелец мызы ненавязчиво намекнул, что более оплачивать эту услугу  не намерен и искренне надеется, что правительство после 1 мая 1911 года возьмёт все расходы на себя.
Заявление Начальнику почт и телеграфа Лифляндской Губернии от Попечителя Кодаверского прихода Курта фон Ратлефа:
«Сим довожу до сведения Вашего Превосходительства, что в 1907 году приход Кодавере просил об открытии почтового отделения в Красных горах и при том обязался три года заботиться о перевозке, квартире и т.п. На это последовало открытие отделения и оно всё это время действовало по нашему удобству. 1 мая 1911 года кончается означенный третий год и приход надеется, что отделение будет дальше существовать за счёт казны. Поэтому я, как представитель прихода Кодавере, честь имею покорнейше просить Ваше Превосходительство ходатайствовать о том, чтобы почтовое отделение Красные Горы с 1 мая 1911 года  содержалось за счёт казны, потому что приход отказывается от дальнейших пособий».
К хорошему быстро привыкаешь. Руководитель Юрьевского Почтово-телеграфного агенства  рекомендует своему подчинённому прощупать почву на предмет дальнейшего субсидирования нерентабельного, с его точки зрения, учреждения.
Начальнику Красногорского почтового отделения
«Так как ввиду сравнительно малой доходности этого отделения возможность принятия на счёт казны всех расходов по его содержанию, а следовательно и дальнейшее содержание отделения, является сомнительным, то предлагаю Вам склонить Курта фон Ратлефа, сообщившего мне письмом от 24 сентября сего года об отказе Кодаверского прихода от дальнейшей поддержке отделения, к продлению срока его обязательства по участию в содержании отделения на новое, считая с 1 мая 1911 года, трёхлетие, то есть к предоставлению для отделения помещения, возке почты и взноса по 40 рублей в год на канцелярские надобности. В случае, если Курт фон Ратлеф откажется от сказанного участия в прежнем объёме, поручаю Вам, в целях дальнейшего существования отделения, предложить ему взять на себя хотя бы часть означенных обязательств. О результате переговоров имеете мне донести».
Будущее  красногорской почты оказалось под вопросом. Государство не горело желанием полностью взваливать на свои плечи содержание ещё одного дотационного учреждения. Однако, деньги были не единственной «тучей», нависшей над здешним отделением. Поскольку прежние договорённости вот-вот должны были закончиться, заполучить к себе почтовую контору  возжелала волость Алатскиви. Тамошние власти выступили с предложением перенести узел связи из Калласте к ним. Мол, в Красных Горах такому общественно-значимому учреждению не место. По мнению заявителей, местоположение рыбацкой деревни оставляет желать лучшего, да и с грамотностью у тамошних жителей не очень. Поэтому письма они пишут редко, за исключением разве что купца Халлика, на которого приходится до половины деревенской корреспонденции. В-общем, не переломятся красногорцы, если им придётся по почтовым делам ездить в Алатскиви. Зато казне с каждой ходки из Юрьева выйдет экономия в 6 верст.






К информационной «войне» подключился и православный священник из Нина.  В своём душещипательном послании он рассказал о неудобствах, с которыми сталкиваются жители его родной деревни, вынужденные, рискуя здоровьем, пробираться вдоль берега озера в Красные Горы, чтобы получить или отправить письма.



Даже калластеский  почтмейстер оказался «штрейкбрехером» и активно ратовал за переезд красногорской конторы в Алатскиви...

«Доношу Вашему Высокородию, что изложенное в отношении Алатскивского Волостного правления от 19 июля 1910 года данные вполне соответствуют действительности и даже по многим причинам теперешнее местонахождение почтового отделения не может исполнить той цели, которая была предназначена при открытии последнего населению прихода Кодавере. Деревня Красные Горы находится на самом берегу Чудского озера, жители которой состоят из местных неграмотных рыбаков, в следствии чего и поступает корреспонденция в саму деревню очень мало, в сравнении с другими деревнями, отстоящими от почтового отделения на расстоянии до 16 верст. За отсутствием в деревне базарных дней, официальных лиц и учреждений, жители прихода только в крайнем случае пользуются услугами этого учреждения, а большею частью имеют сношение с посадом Черный, отстоящий от Красных Гор на расстоянии только 25 верст, а из Палаской и Раннаской волости даже ещё меньше. В посаде Черном живут Мировой судья, Младший помощник уездного начальника, там находится городское училище и еженедельно бывают базарные дни. Из всего этого можно заключить, что по избежании напрасной езды в деревню Красные Горы, человек, будучи в таком месте, как посад Черный, где он одновременно может справиться с несколькими делами, в таком случае и пользуется услугами почтового отделения посада Черный. И такие были уже действительно факты на практике, где во вверенное мне отделение поступали почтовые отправления, поданные жителями Палаской волости в посад Черный. При переводе почтового отделения из Красных Гор в предназначенное волостным правлением имение Алатскиви, на расстояние 6 верст ближе к Юрьеву, деревня Красные Горы ни в чем не пострадает. Имение Алатскиви находится почти в середине прихода на перекрестке 4-х дорог:
1. В село Нос, Большие и Малые Кольки, София, Казепель и Воронья. 2. В имение Кокора и Пала и в волости Кокора, Пала и Ранна 3. В деревни Наелавере, Коса и Кавастскую волость (последняя и деревня Воронья, вследствии далекости расстояния до деревни Красные Горы, в настоящее время получают всю свою корреспонденцию из Юрьевской почтовой конторы. 4. В деревню Красные Горы, пасторат Кодавере и далее в пасад Черный. В интересах казны  имение Алатскиви представляет ещё то удобство, что сокращает езду почтовых лошадей еженедельно на 72 версты, что, в свою очередь составляет 3744 версты меньше, чем до деревни Красные Горы.
Деревня Красные Горы 1 августа 1910 года».


К счастью, пронесло...
Лифляндский Губернатор Николай Звегинцов  посчитал, что деревня Красные Горы имеет ряд неоспоримых преимуществ и поэтому лучше подходит для почтового отделения, нежели Алатскиви.  Естественно, спорить с губернатором никто не решился. Тему закрыли.



Читатель, ознакомившись с доводами обеих сторон, сам может решить, чьи аргументы звучали весомее.
Курт фон Ратлеф, опасаясь что столь важное учреждение переедет из его владений к конкурентам, согласился ещё три года бесплатно предоставлять помещение для нужд почтовой конторы. Ему самому это «удовольствие» ежегодно обходилось примерно в 300 рублей (арендная плата владельцу здания).

В 1911 году узел связи перенесли из дома Макея Варунина в расположенный поблизости «особняк» с колоннами, принадлежащий Константину Долгошеву. По всей видимости, этот вариант приглянулся кокоровскому помещику исключительно по причине дешевизны.  Здесь же с 1904 года размещалась начальная школа.

Прошло ещё три года. Договор опять закончился и история повторилась. Правительство вновь предложило отзывчивому благодетелю хотя бы частично покрыть расходы на убыточный проект. Однако, на сей раз Курт фон Ратлеф был неумолим: больше Кодаверский приход оплачивать красногорский почтамп не намерен. Максимум, что барон готов был предложить - сторублевую ежегодную дотацию, да и то при условии, что корреспонденция будет доставляться из Тарту в Калласте не два, а четыре раза в неделю.
Помимо проблемы финансирования, встал вопрос и о местонахождении многострадального отделения связи. Дело в том, что Константин Долгошев полностью устранился от выполнения необходимых ремонтных работ в принадлежащем ему доме, вследствие чего условия для работы и проживания там стали невыносимыми.
Объявили конкурс на аренду подходящего помещения. Начальнику почтовый конторы приглянулся дом Ивана Журавлева, расположенный, правда, не в центре, а на краю деревни. Он рекомендовал  этот вариант своему начальству. Однако, местная общественность была против переноса столь важного учреждения на окраину села.

Руководитель узла связи Леопольд Юргенсон парировал вышеизложенное послание обстоятельным анализом почтовых дел в Красных Горах. Он же предположил, что за недовольными стоит Константин Долгошев, не желающий упускать выгодный контракт.



По неизвестной мне причине дом Журавлева забраковали. Победителем конкурса на очередное пристанище для почты стал новый-старый домовладелец  - Макей Павлович Варунин. Несмотря на более высокую цену, комиссия решила вернуть красногорское почтовое отделение  в здание, где оно уже размещалось в 1908 - 1911 годах.


На этом страсти вокруг красногорского почтампа улеглись. По крайней мере, на ближайшие 10 лет...
Такая вот история...


На главную                            Немного истории (продолжение)